Тамара рассмеялась — горько и безнадёжно: — Ты спрашиваешь, что должно измениться?
Алексей, ты обязан стать мужем, а не оставаться сыном!
Ты должен оберегать свою семью, а не позволять матери её разрушать! — Но она же не разрушает!
Она помогает! — Помогает? — Тамара поставила сумку на пол и скрестила руки на груди. — Хорошо.
Тогда скажи мне честно: ты доволен нашим браком?
Алексей растерялся: — Конечно, доволен…
В целом, да… — В целом? — переспросила Тамара. — А что именно тебя не устраивает? — Ну… иногда ты слишком резко готовишь борщ…
И рубашки можно было бы аккуратнее развешивать…
Ирина Николаевна одобрительно кивнула, а Тамара побледнела. — Понятно, — прошептала она. — Значит, я действительно плохая жена.
Значит, твоя мама права во всём. — Тамара, я не это имел в виду! — Именно это ты и имел в виду! — голос жены сорвался. — Пять лет, Алексей!
Пять лет я стараюсь быть хорошей женой, учусь готовить твои любимые блюда, создаю уют в нашем доме.
А ты за пять лет даже не заметил, как я стараюсь!
Зато сразу увидел, что мама готовит лучше! — Тамара, ну при чём тут мама… — При том, что ты постоянно сравниваешь меня с ней!
И я всегда проигрываю в этом сравнении!
Ирина Николаевна торжествующе улыбалась: — Ну наконец-то ты это поняла!
Опыт — великая вещь.
Я тридцать лет готовила Алексеевому отцу, знаю все его привычки… — Заткнитесь! — взорвалась Тамара. — Просто замолчи наконец!
Вы разрушили мой брак, и при этом гордитесь этим! — Я спасла сына от неподходящей жены! — Мам! — Алексей наконец-то повысил голос на мать. — Хватит!
Тамара — моя жена, и я её люблю! — Любишь? — Тамара посмотрела на мужа с горькой усмешкой. — Тогда почему не защищаешь?
Почему позволяешь матери говорить обо мне такие вещи?
Алексей молчал, переводя взгляд с жены на мать. — Вот именно, — кивнула Тамара. — Ты не можешь выбрать между нами.
А знаешь что?
Я выберу за тебя.
Живи с мамой.
Она лучше меня готовит, лучше убирает и лучше тебя понимает.
Идеальная пара.
Она взяла сумку и направилась к выходу. — Тамара, стой! — Алексей бросился за ней. — Ну что ты делаешь?
Это же глупо!
Вернись, мы всё обсудим! — Обсудим? — она обернулась уже у самой двери. — Алексей, я устала обсуждать.
Я устала доказывать своё право быть женой в собственном доме.
Я устала соперничать с твоей мамой за твою любовь. — Но ведь ты не соперничаешь… — Соперничаю!
И проигрываю каждый день!
Каждый раз, когда ты соглашаешься с её критикой.
Каждый раз, когда позволяешь ей вмешиваться в нашу жизнь.
Каждый раз, когда выбираешь её сторону.
Тамара открыла дверь и оглянулась в последний раз: — Знаешь, о чём я подумала?
Может, твоя мама права.
Может, мы действительно не подходим друг другу.
Но не потому, что я плохая жена.
А потому, что ты не готов быть мужем.
Дверь закрылась.
Алексей остался стоять на пороге, глядя на закрытую дверь, а из кухни доносился голос матери: — Ну вот и хорошо!
Теперь мы заживём нормально!
Я борщ доварю, а завтра схожу в магазин, куплю продукты как надо…
Но Алексей её уже не слушал.
Он думал о том, что завтра утром Тамара не разбудит его в семь утра, не подаст завтрак и не погладит рубашку.
И что, возможно, не сделает этого никогда.
А в это время Ирина Николаевна устраивалась на диване, доставая из сумки тапочки. — На часик пришла, — пробормотал Алексей. — Что ты сказал, сынок? — Ничего, мам.
Ничего.
Утром Тамара подала заявление на развод.
