— Значит, ты сделал дорогой ремонт для Марины, а теперь требуешь с меня триста тысяч гривен? — вспыхнула Тамара, размахивая перед мужем распечаткой банковских операций.
Сергей сидел за кухонным столом, уткнувшись в экран своего телефона.
На нём была старая футболка с эмблемой какой-то давно забытой рок-группы.
Под глазами выступали тёмные круги, а на щеках виднелась неровная щетина. — Но это же наши общие средства… — пробормотал он, не отрывая взгляда от экрана. — Наши? — язвительно переспросила Тамара. — Скажи, когда ты в последний раз вносил свою часть в семейный бюджет?
Три месяца назад?
Или четыре?
Она села напротив, скрестив руки на груди.
Волосы были собраны в небрежный хвост, несколько прядей спадали на уставшее лицо.
На ней висел домашний халат с мелким цветочным рисунком — подарок свекрови к восьмому марта. — Сейчас заказов почти нет, — наконец посмотрел на неё Сергей. — Ты же понимаешь, как у фрилансеров бывает. — Знаю, — кивнула она. — Именно поэтому я не трогала наш резервный фонд.
А ты?
Ты просто потратил всё на ремонт квартиры своей Марины! — Не всё, — тихо возразил Сергей. — Она моя мать.
Я обязан ей помочь. — Обязан… — повторила Тамара. — Но я ведь не обязана, верно?
Ни я… ни наш будущий ребёнок.
Сергей застыл. — Какой ребёнок?
Тамара молча достала из кармана халата тест на беременность и положила его на стол. — Вот этот.
На кухне воцарилась тяжёлая тишина.
Где-то во дворе послышался лай собаки, по улице проехала машина.
