— Оля, я тут подумала о своём дне рождения, — голос Тамары Сергеевны в трубке звучал на удивление бодро. — В марте мне уже пятьдесят восемь исполнится.
Оксана зажала телефон плечом и продолжила нарезать помидоры для салата.
Вечер февраля выдался необычайно спокойным — Алексей задерживался на работе, можно было не торопиться с ужином. — Да, Тамара Сергеевна, помню, — она старалась говорить ровным тоном.
Разговоры о днях рождения свекрови обычно ни к чему хорошему не приводили. — Вот и отлично.
Значит, так.
Я видела у Светланы Малышиной, помнишь, она живёт на третьем этаже?
У неё такой моющий пылесос.
Керхер называется.
Сорок тысяч стоит, но вещь классная!
После него ковры как новые.
Нож застыл над разделочной доской.
Оксана медленно опустила его. — Сорок тысяч? — Да, — ответила Тамара Сергеевна.
Это же не покупаешь каждый месяц.
Один раз приобрёл — и лет на десять хватит.
И ещё хочу химчистку домашнюю, всего одиннадцать тысяч.
Диван у меня, как сама знаешь, стоит уже давно, пора почистить его основательно.
А возить в химчистку — это отдельная морока и большие затраты.
И аэрогриль, шесть тысяч.
Давно присматриваю, говорят, очень удобная штука, и готовить с ним полезнее… — Тамара Сергеевна, — Оксана почувствовала, что виски начинают пульсировать, — это же…
Она быстро подсчитала в уме.
Сорок плюс одиннадцать плюс шесть.
Пятьдесят семь тысяч гривен.
Почти месячная зарплата свекрови. — Это слишком много, — наконец сказала она. — Много? — в голосе Тамары Сергеевны послышались обиженные нотки. — Оленышка, ну что ты.
Я же не прошу покупать тебе что-то каждую неделю.
День рождения всего раз в году. — Может, выбрать что-то одно? — осторожно предложила Оксана. — Пылесос, к примеру? — Одно? — Тамара Сергеевна говорила так, словно услышала невероятное. — То есть ты считаешь, что я не заслужила нормального подарка?
Я думала, вы с Алексеем живёте неплохо.
Телевизор новый на прошлой неделе купили, я видела.
Большущий, на всю стену. — Мы его в рассрочку взяли, — Оксана крепче сжала трубку. — На два года. — Вот видишь.
А для матери даже в рассрочку брать жалко. — Тамара Сергеевна, я не это имела в виду… — Ладно, ладно.
Не расстраивайся.
Подумайте с Алексеем.
Времени у вас ещё полно, до марта почти месяц.
Целых три недели.
Гудки.
Свекровь положила трубку.
Оксана опустилась на стул и уставилась на недорезанные помидоры.
Пятьдесят семь тысяч.
В прошлом году Тамара Сергеевна хотела мультиварку — отдали двадцать тысяч.
Год назад была шуба, правда, покупали вместе с Натальей, сестрой Алексея.
Только Наталья дала всего пятнадцать тысяч, а они заплатили тридцать пять.
Потому что у Натальи как раз ремонт был, денег не хватало.
Дверь хлопнула — Алексей вернулся.
Высокий, плечистый, с постоянно уставшим лицом.
Работа на мебельной фабрике выматывала, но оплачивалась хорошо. — Привет, — он повесил куртку на вешалку. — Что-то ты какая-то… — Твоя мама звонила, — Оксана встала и вернулась к помидорам. — И что? — Про день рождения говорила.
Алексей подошёл к холодильнику, достал бутылку с водой. — Ну?
Чего хочет? — Моющий пылесос за сорок тысяч.
Химчистку домашнюю за одиннадцать.
Аэрогриль за шесть.
Алексей сделал несколько больших глотков, поставил бутылку на стол. — Так.
Итого сколько? — Пятьдесят семь тысяч.
Он замолчал, смотря в окно.
За стеклом в сумерках бушевала февральская метель. — Если мама хочет — значит, надо.
Она редко что-то просит.
Оксана резко обернулась. — Как редко?!
Каждый год одно и то же!
То мультиварка, то шуба, то ещё что-то!
И всегда дорого! — Не кричи, — Алексей поморщился. — У меня голова болит после работы. — Алексей, мы не можем себе это позволить!
Понимаешь?
Мы только что заплатили за детский сад Вани. — Ваня — мой племянник, и я не мог отказать брату. — Я не говорю, что нужно было отказывать!
Я говорю, что у нас нет лишних пятидесяти семи тысяч!
Алексей сел за стол, устало провёл рукой по лицу. — Окса, не начинай.
Это моя мать.
Один раз в год у неё праздник. — И каждый раз этот праздник стоит нам почти месячную зарплату! — Ты преувеличиваешь. — Нет, не преувеличиваю!
Помнишь, как покупали шубу?
Мы заплатили больше, чем твоя сестра! — У Наташи тогда ремонт был, — Алексей снова открыл холодильник. — Ты ведь знаешь. — Знаю.
У Наташи постоянно что-то.
Ремонт, отпуск, машину чинят.
А мы должны за всё платить.
Алексей достал контейнер с остатками вчерашнего ужина и поставил в микроволновку. — Давай без истерик.
Разберёмся как-нибудь.
Может, возьмём в рассрочку. — В рассрочку? — Оксана почувствовала, как внутри закипает.
У нас уже телевизор в рассрочку!
И машину ещё не выплатили!
Ты хоть представляешь, сколько мы ежемесячно платим? — Понимаю, — Алексей достал разогретую еду и сел за стол. — Но это моя мать.
И я не хочу, чтобы она думала, что мы жадные.
Оксана смотрела на мужа и ощущала, как внутри нарастает холод.
Не злость — именно холод.
Пустота. — Значит, твоя мать важнее нашего бюджета? — Не передёргивай.
Просто найди деньги.
Попроси у своих родителей, если нужно. — Мои родители сами едва сводят концы с концами!
Отец недавно вышел на пенсию! — Тогда придумаешь что-то, — Алексей пожал плечами и начал есть.
Оксана стояла, глядя на него, и не узнавала человека, за которого вышла замуж восемь лет назад.
Тот Алексей был совсем другим.
Или она просто хотела видеть его таким? *** На следующий день на работе Оксана рассказала всё Марине Козловой, своей коллеге из отдела продаж.
Они сидели в маленькой комнате отдыха во время обеденного перерыва, и Марина слушала, покачивая головой. — Слушай, а ты зачем вообще паришься? — она откусила кусок бутерброда. — Купи что-то одно.
Самое дорогое, если хочешь.
Скажешь, что на остальное денег не хватило.
Ну и что она тебе сделает? — Светлана, ты её не знаешь, — Оксана мрачно посмотрела на свой обед. — Она обидится так, что мало не покажется. — Пусть обижается.
Ты же не банкомат. — Алексей на меня обидится. — А, — Марина усмехнулась. — Тогда другое дело.
Слушай, может, родителям займёшь? — Не буду у них брать! — Оксана повысила голос, потом смягчилась. — У отца пенсия крохотная, мама тоже мало получает.
Они сами едва живут. — Тогда не знаю.
Может, кредит в банке взять? — Ещё один кредит?
Отличная идея, — Оксана горько усмехнулась.
Телефон завибрировал — сообщение от Натальи, сестры Алексея. «Оксана, привет.
Мама сказала, что хочет на день рождения пылесос, химчистку и аэрогриль.
Мы с Игорем купим аэрогриль, договорились?
Это всего шесть тысяч».
Оксана уставилась на экран.
Значит, Наталья с мужем возьмут на себя самый дешёвый подарок, а им с Алексеем останется пятьдесят одна тысяча.
Прекрасно.
Она набрала ответ: «Наталья, может, по-другому разделим?
Пополам, например?» Ответ пришёл почти мгновенно: «По-другому?
Как?
Мы всегда так делали — кто что может.
Сейчас Игорю новый дорогой костюм нужен на работу.
Так что больше не можем.
Или ты считаешь, что твоя семья важнее нашей?» Оксана стиснула зубы.
Всегда так.
Наталья с Игорем покупают что-то дешёвое, а потом всем рассказывают, какие они молодцы, что не забывают о матери.
А основную сумму выкладывают они с Алексеем. — Что там? — Марина заглянула через плечо. — Золовка пишет.
Говорит, аэрогриль за шесть тысяч купят.
А остальное на нас. — Вот так родственники, — Марина покачала головой. — Скажи мужу, пусть с сестрой разбирается. — Говорила уже.
Он отмахивается.
Вечером дома началось всё сначала.
Оксана показала Алексею сообщение от Натальи, надеясь, что он хоть сейчас возмутится.
Но он лишь пожал плечами. — Ну и ладно.
Значит, мы сами купим остальное. — Алексей! — Оксана не выдержала. — Твоя мама слишком дорогие подарки требует, откуда мне столько денег взять? — Не ори, — он поморщился. — Соседи услышат. — Мне плевать на соседей!
Я хочу, чтобы ты меня услышал!
Мы не можем себе это позволить!
Алексей встал и подошёл к окну. — Она всю жизнь экономила.
Ей хочется хоть в старости пожить нормально. — Ей пятьдесят восемь!
Это не старость!
И она работает, получает хорошую зарплату! — Кассиром в супермаркете, — Алексей повернулся к ней. — Ты считаешь, это хорошая зарплата? — Я считаю, что если она может что-то купить сама, то пусть покупает!
А не требует от нас! — Требует? — голос Алексея стал холодным. — Значит, моя мать тебе не дорога.
Правильно понимаю?
Оксана почувствовала, как к горлу подступает комок. — Я этого не говорила. — Но подразумевала.
Они стояли по разные стороны комнаты и смотрели друг на друга.
Между ними словно выросла стена — невидимая, но непреодолимая. — Забудь, — махнул рукой Алексей и вышел из комнаты.
Оксана осталась одна.
Села на диван, обхватила колени руками.
В груди тянула обида и бессилие.
Раньше они всегда всё решали вместе.
А теперь?
Теперь он даже слушать её не хочет. *** Прошла неделя.
