— Это было давно. Она изменилась.
— Люди не меняются, Олег. Они просто становятся старше и учатся прятать свои желания под маской доброты. Твоя мама не хочет помогать. Она хочет переехать. Она хочет быть нужной. Она хочет управлять.
— Даже если так, — голос Олега стал жёстче, — она продала квартиру. Для нас. Она осталась без крыши над головой. Ты предлагаешь выгнать её? Сказать: «Извините, Валентина Петровна, но мы не готовы»?
— Я предлагаю поговорить. Предложить ей снять квартиру на эти деньги. Недалеко от нас. Чтобы она была рядом, но не в одной квартире с нами.
— Снять квартиру? — Олег усмехнулся. — Ты серьёзно? Она продала свою квартиру, чтобы мы закрыли ипотеку, а ты предлагаешь пустить её деньги на аренду? Нина, это… это просто неблагодарно.
— Неблагодарно? — Нина встала. — Олег, посмотри на меня. Я работаю на двух работах. Я прихожу домой в десять вечера, а утром ухожу в семь. Я вымотана, я устала, я сплю по пять часов в сутки, чтобы мы могли платить по кредиту. И я делала это три года. Три года, Олег. А твоя мама за это время приезжала к нам четыре раза. И каждый раз критиковала, как я веду хозяйство. И теперь ты говоришь, что я неблагодарна?
— Она не критиковала. Она просто…
— Она просто делала замечания. Каждый день. «Нина, у тебя пыль на полке», «Нина, ты почему не поливаешь цветы?», «Нина, Олег так плохо выглядит, ты его не кормишь?». Ты не слышал этого, потому что для тебя это норма. А для меня — унижение.
Олег замолчал. Он смотрел на жену, и в его глазах было что-то, чего Нина не могла прочитать. Непонимание? Обида? Разочарование? Она уже не знала.
— Она моя мать, — тихо сказал он наконец. — Я не могу ей отказать.
— А я твоя жена, — ответила Нина. — Ты можешь отказать мне?
Он не ответил. Просто отвернулся к окну, и в тишине кухни остался только звук дождя, барабанящего по стеклу.
—
Валентина Петровна приехала на следующий день, как и обещала. Нина встретила её на пороге, стараясь улыбаться, хотя внутри всё сжималось от напряжения. Свекровь вошла в квартиру, окинула прихожую быстрым оценивающим взглядом и, не здороваясь, спросила:
— А где Олег?
— На работе. Он вернётся к шести.
— К шести? А я думала, он меня встретит. — Валентина Петровна поставила сумку на пол и сняла пальто, не дожидаясь помощи. — Ну да ладно. Дела. Он у нас занятой. А ты, Нина, почему дома?
— Сегодня выходной.
— Выходной? В среду? Странно.
— У меня сменный график.
— Ах да, забыла. Ты же не на одной работе работаешь. И как ты справляешься? Вон какая бледная. Наверное, не высыпаешься. А всё потому, что надо было вовремя думать о детях, а не о карьере. Сейчас бы сидела в декрете, а так приходится горбатиться.
