И ты прекрасно понимаешь это. — Лар, ну подожди… — Нет.
Я ждала два года.
Два года терпела.
Два года наблюдала, как она унижает Олю.
Хватит.
Оля вышла, неся сумку.
Тамара схватила её за руку. — Витя, либо ты поедешь с нами, либо останешься с матерью.
Алексей стоял неподвижно.
Молчал. — Всё ясно, — сказала Тамара и открыла дверь.
Выйдя на лестницу, она пошла вперёд.
Оля последовала за ней.
Дверь закрылась за ними.
Мать Тамары проживала на другом конце города.
Тамара приехала к ней около полутора ночи.
Оля спала в машине.
Илья тоже. — Лар? — мать открыла дверь, всё ещё в халате, с сонным видом. — Что случилось? — Мам, можно к тебе?
На пару дней? — Конечно.
Проходите.
Тамара уложила детей спать.
Села на кухне.
Мать заварила чай.
Подала новогодние салаты и закуски. — Что произошло?
Тамара рассказала всё.
Про условия Нины Ивановны.
Про унижения Оли.
Про сок.
Про торт.
Мать внимательно слушала.
Кивала. — Ты поступила правильно. — Правда? — Да.
Нужно было сделать это раньше.
Я бы ей ещё и затрещину дала за такое отношение к моей внучке.
Тамара улыбнулась.
В три часа ночи позвонил Алексей. — Лар, где ты? — Как где?
У мамы, конечно. — Можно я приеду? — Зачем? — Поговорить. — Говори по телефону. — Лар, я не хотел…
Мама просто…
Она такая. — Знаю, какая она.
Уже два года знаю. — Лар, прости. — За что?
За то, что молчал?
За то, что не замечал, как твоя мать издевается и высмеивает нас перед подругами?
Оля — твоя дочь! — Она не моя дочь! — Вот здорово.
Не твоя, не твоя.
Чужая она.
Вот почему ты и молчал. — Лар… — Витя, я устала.
Хочу спать.
Завтра поговорим.
Она положила трубку.
Утром первого января Алексей приехал.
С цветами.
С игрушкой для Оли. — Лар, прости.
Я всё понял. — Что понял? — Что мама неправа.
Что Оля — часть нашей семьи. — Два года тебе понадобилось, чтобы понять? — Лар, ну хватит. — А мать? — Что мать? — Она извинится? — Ну… нет.
Но она уехала.
Домой.
Говорит, больше не приедет. — Обиделась? — Да.
Тамара посмотрела на мужа.
На цветы в его руках.
На игрушку. — Хорошо, — сказала она. — Заберёшь нас? — Правда? — Правда.
Но с условием. — Каким? — Больше никаких визитов твоей матери.
Никаких условий. — Лар, ну это же мама… — Либо так, либо я остаюсь здесь.
Алексей задумался. — Хорошо.
Договорились.
Нина Ивановна не звонила три месяца.
Потом позвонила Алексею.
Попросила приехать.
Он съездил один.
Вернулся молчаливым. — Что она сказала? — спросила Тамара. — Что не хочет больше видеть тебя. — Взаимно.
Меня это вполне устраивает.
Алексей больше не настаивал.
Тамара жила спокойно.
Оля снова улыбалась.
Носила платья.
Приносила пятёрки.
Тамара хвалила.
Остался осадок.
Алексей иногда смотрел на телефон — мать писала, звала в гости.
Он не ездил.
Но Тамара видела — ему хочется.
Она не запрещала.
Просто говорила: — Езжай, если хочешь.
Но без меня и без Оли.
Он ездил раз в месяц.
Один.
Возвращался грустным.
Тамара не жалела.
Она защитила дочь.
Правильно же поступила героиня — согласны?
Пишите обязательно своё мнение, ставьте реакции.
