Рекламу можно отключить с подпиской Дзен Про — тогда она исчезнет из статей, видео и новостей. Тамара вышла замуж в двадцать шесть лет.
Алексею было тридцать восемь.
Их знакомство произошло в сентябре, в октябре он сделал предложение, а в ноябре они расписались.
Без гостей, без свадебного платья и торта.
Просто пришли в загс, подписали документы и уехали домой.
Алексей сказал: — Я уже был женат.
Ты тоже.
Зачем тратить деньги?
Тамара согласилась.
Деньги нужны на другое.
На дочку.
На жизнь.
Оля, семилетняя дочь Тамары от первого брака, восприняла Алексея спокойно.
Он не кричал, не злоупотреблял спиртным, приносил деньги.
Покупал Оле игрушки.
Говорил: — Я буду заботиться о вас.
Тамара верила ему.
Квартира Алексея была двухкомнатной, расположенной на четвёртом этаже старой девятиэтажки.
Мебель была старая, обои поблекшие, но в целом чисто и аккуратно.
В субботу Тамара переехала с вещами.
Алексей помог донести коробки.
Оля бегала по комнатам, радовалась. — Мам, а тут балкон! — Осторожно, не вылезай.
Вечером, когда Тамара мыла посуду, а Оля уже спала,
Алексей, как обычно, смотрел телевизор.
Зазвонил дверной звонок.
Тамара вытерла руки и пошла открывать.
На пороге стояла женщина около шестидесяти лет.
Высокая, полная, в пальто.
Волосы седые, зачёсаны назад.
Лицо было строгое.
Глаза — серые и холодные. — Здравствуйте, — сказала Тамара.
Женщина молча прошла мимо неё.
Не разувалась.
Прошла в гостиную.
Осмотрела комнаты.
Заглянула в спальню, где спала Оля.
Вернулась в гостиную. — Значит, это она, — произнесла женщина, глядя на Алексея. — Мам, это Лара.
Моя жена. — ПОНЯЛА УЖЕ.
Нина Ивановна села на стул.
Осмотрела Лару с ног до головы. — С ребёнком, значит. — Да, — Тамара стояла у двери, не зная, что ответить. — От первого брака? — Да. — Сколько ей? — Семь.
Нина Ивановна кивнула.
Что-то прикинула в уме. — Рано родила. — В девятнадцать. — Рановато.
Муж бросил? — Развелись. — Значит, из-за тебя.
От хороших жён не уходят.
Тамара сжала кулаки.
Но молчала. — Витя, — свекровь повернулась к сыну, — ты подумал? — О чём? — О том, что берёшь чужого ребёнка.
Обеспечивать ведь придётся. — Мам, я всё обдумал. — Ну-ну.
Нина Ивановна встала.
Открыла холодильник.
Заглянула в шкафы. — Пусто, — сказала она. — Хозяйка ты, видимо, никудышная. — Нина Ивановна, мы только переехали, — Тамара пыталась объясниться. — Не важно.
Должно быть полно еды.
Мужчину кормить надо.
У тебя же ребёнок. — Ладно, — произнесла она, — раз уж так получилось, установлю правила.
Тамара стояла.
Слушала. — Первое.
В семье главный — мой сын.
У тебя нет права голоса.
Понятно? — Интересно. — Второе.
Квартира — не твоя.
Я её Вите подарила.
Ты здесь не хозяйка.
Не командуй.
Тамара кивнула. — Третье.
Самое главное. — Нина Ивановна посмотрела в сторону спальни, где спала Оля. — Твоя дочь меня не называет бабушкой.
И Витю — папой.
Ясно? — Почему? — Тамара не выдержала. — Потому что она мне не внучка.
Она чужой ребёнок. — Нина Ивановна… — Без разговоров.
Либо так, либо уходи.
Алексей сидел на диване.
Молчал.
Смотрел в телевизор. — Витя? — Тамара посмотрела на мужа.
Он не отреагировал. — Хорошо, — тихо сказала Тамара. — Понятно.
Нина Ивановна встала. — Вот и умница.
Запомнила? — Запомнила. — Ну и ладно.
Я поехала.
Витя, провожай.
Алексей поднялся.
Вышел с матерью в подъезд.
Вернулся примерно через десять минут.
Тамара сидела на кухне.
Её руки дрожали. — Витя, почему ты молчал? — А что мне было сказать? — Она говорила про Олю. — А что я должен был сказать про Олю? — Ну… защитить.
Сказать, что Оля — часть семьи.
Алексей вздохнул.
Сел напротив. — Лар, ну ты же понимаешь.
Это мама.
Она привыкла к такому.
Я не могу ей перечить. — Но Оля… — Оля привыкнет.
Дети быстро привыкают.
Тамара легла спать. Не могла уснуть.
