И тогда Тамара набрала знакомый номер, который давно запомнила. – Алло? – донёсся голос Владимира. – Привет, – ответила она. – Ты не спишь? – Нет. – Хочу тебе кое-что рассказать… И Тамара поведала мужу о случившемся.
Поделилась своими тревогами. – Ты поступила правильно, – уверенно сказал Владимир, – я бы тоже так сделал.
В этот момент Тамара впервые за многие годы ощутила, что не одна. – Может, переедете ко мне? – неожиданно предложил Владимир, – здесь хорошо, спокойно.
Места хватит на всех.
Я всё устрою. – Ты серьёзно? – Конечно. – Но мы не виделись уже лет десять. – И что с того?
Мы же всё ещё муж и жена, – мягко напомнил он.
Она закрыла глаза и впервые за долгое время позволила себе представить иную жизнь.
Ту, где не нужно ежедневно доказывать свою невиновность.
Ту, где никто не смотрит на тебя со злобой.
Ту, где ребёнок просыпается утром и улыбается просто так, потому что рад.
– Хорошо, – твёрдо сказала она, – мы приедем… *** Было холодно.
Владимир стоял на платформе с термосом в руках.
Как всегда: пунктуальный, сдержанный, надёжный.
Она вышла из вагона, держа Настю на руках. – Багаж в купе? – спросил Владимир, протягивая ей горячий чай.
Тамара кивнула.
Он вынес сумки.
Навьючил их на себя и, как будто само собой разумеющееся, произнёс: – Домой? *** Его дом, окружённый редеющим садом, стоял на окраине Нежина.
Внутри царила тёплая, просторная и тихая атмосфера.
Всё было готово: детская кроватка, подогреватель для бутылочек, новое постельное бельё. – Ждал… – она не стала задавать вопрос, лишь констатировала факт. – Конечно, – улыбнулся он.
Тамара молчала.
Поставила сумку, аккуратно уложила спящую внучку на диван и направилась на кухню.
Он последовал за ней.
Спокойно, без спешки. – Как ты назвала нашу внучку? – тихо поинтересовался Владимир. – Настя, – с нежной улыбкой ответила Тамара, – Настенька… Они сидели напротив друг друга, молча потягивая чай. – Думаешь, Наташа узнает? – спросил он. – Не знаю.
Возможно… когда-нибудь. – Ты поступила правильно.
Если бы не ты, Настенька могла навсегда исчезнуть. – Она не пропадёт, – твёрдо заявила Тамара. – Теперь она с мной.
И с тобой… Владимир молчал.
Лишь протянул руку и сжал её пальцы.
В этом жесте заключались и прощение, и поддержка, и начало чего-то нового. *** Наталья жила в новом ритме.
Дарина росла спокойной, сын ревновал и требовал внимания, а Игорь наслаждался ролью главы семьи.
Он часто вспоминал, как с нетерпением ждал сына, потом дочку, как переживал за Наталью, когда ей пришлось одной ехать в роддом.
Наталья не поддерживала его воспоминания.
Она избегала разговоров о том времени.
Будто старалась стереть его из памяти.
Она стала замкнутой, раздражительной.
Не от усталости, а из-за напряжения, которое буквально пульсировало у неё под кожей.
Иногда Наташа просыпалась в холодном поту.
Видела во сне две крошечные ручонки, тянущиеся к ней, слышала два крика.
И проваливалась в бездну… Вставая с постели, Наталья забывала сон и погружалась в дневные заботы. *** Однажды в торговом центре она услышала свою фамилию.
Две женщины обсуждали её мать! – Ты не знала? – громко удивлялась одна, – Тамара Ковалёва уехала к мужику своему!
Представляешь!
Говорят, с грудным ребёнком!
Усыновила вроде бы. – Да ты что?!
В их возрасте! – Вот уж не думала, что Владимир окажется таким простаком и простит эту вертихвостку!
Видимо, ребёнком подкупила… Говорят, отказной… Наталья перестала слушать.
Побежала к выходу.
И вдруг остановилась, словно вкопанная.
Почувствовала, как ноги подкашиваются, руки дрожат, мир вокруг замирает, звуки исчезают, а в голове грохочет: она забрала его!
Как посмела?!
Наталья стояла растерянная, с детской шапочкой в руках.
Сердце колотилось в висках. – Может, это не про неё? – мелькнула робкая мысль.
Ребёнок… в роддоме… забрала… Тамара Ковалёва… Нет.
Это она!
Её мать! *** Весь вечер она ходила по квартире, словно загнанная зверь.
Качала Дарину, гладила сына по голове, расставляла тарелки по местам, но думала лишь об одном.
Мать… забрала… Неужели?
На следующий день Наталья позвонила Ольге.
Впервые за много лет. – Привет.
Это я.
Наташа. – Привет, – сразу напряглась Ольга. – Ты ведь работаешь в роддоме? – Да. – Скажи, а как ты узнала, что я отказалась от ребёнка?
Пауза на том конце была долгой. – Я просто услышала твою фамилию.
Не могла поверить.
И, конечно, позвонила Тамаре.
Наталья молчала.
Наконец спросила: – Она забрала девочку, да? – Забрала.
И уехала с ней.
Наталья села прямо на пол посреди кухни.
Дочка в манеже заплакала, но она не слышала.
Всё, что когда-то пыталась забыть, теперь стояло перед ней во весь рост. *** Ночью Наталья не сомкнула глаз.
Рядом мирно посапывала Дарина.
На кухне тикали старые часы, а она беспрестанно крутила в голове одни и те же мысли: «Если узнала Ольга, возможно, знают и другие.
И главное – знает ли Игорь?
Вряд ли… Он же совсем не умеет притворяться».
Она взглянула на мужа.
Он спокойно спал.
Дышал ровно, глубоко.
Улыбался во сне.
Наталья встала, направилась на кухню, включила свет.
Налила воды.
Сделала глоток… Как ему объяснить?
Как?
Сказать, что она сама решила: одной девочки достаточно?
Он этого не примет.
Не поймёт… Не простит.
Рассказать, что её мать, с которой она не общалась десять лет, забрала ребёнка и растит его сама?
И даже об этом не призналась?
Наташка прижалась лбом к дверце холодильника. – Нельзя, – прошептала она – ничего этого говорить нельзя.
Пусть всё идёт своим чередом… *** И время шло.
Наталья продолжала хранить молчание.
Каждый день проживала, словно шла по минному полю.
Игорь ничего не замечал.
Лишь удивлялся: – Ты какая-то… другая.
Устала? – Нет, всё нормально. *** На самом деле всё было далеко от нормального.
Наталья медленно разрушалась изнутри.
Она почти не ела.
