«Я же говорила, наиграется он с тобой и выставит обратно» — мать сказала и, не выдержав, крепко прижала дочь к себе

Как жестоко, когда доверие превращается в пепел
Истории

Он, сам не понимая, куда девать руки, сжал её слишком робко и торопливо чмокнул в щёку.

— Роман! — Валерия тихо рассмеялась, но в голосе её прозвучала насмешливая нежность. — Ты что, совсем не умеешь целоваться? Ладно, сейчас покажу.

Этот своеобразный «урок» растянулся почти на четверть часа. Валерия быстро почувствовала, что Роман окончательно потерял голову и дальше испытывать его уже ни к чему. Тогда она резко отстранилась, поправила волосы и прошептала:

— Всё, Ром, хватит. Ещё родители в окно выглянут.

Она ловко высвободилась из его объятий и пошла к крыльцу. Уже у ворот обернулась, легко махнула ему рукой и скрылась во дворе.

Дома, к её удивлению, никто не стал устраивать расспросов о том, почему она вернулась так поздно. Мать лишь пересыпала конфеты в вазочку, поставила чайник на плиту, и вечер потёк дальше привычно и спокойно, будто ничего особенного не произошло.

Прошло ещё полгода. Маленькой Полине исполнилось полтора года, и Валерия, хоть ей и было тяжело решиться, всё-таки отвела девочку в ясли. Детский сад находился совсем рядом, буквально через пару домов, а сама малышка росла удивительно сообразительной, живой и развитой не по возрасту — явно пошла в мать.

Валерия же всё чаще думала о том, что пора перестать плыть по течению. Ей хотелось самой распоряжаться своей жизнью. К тому же она всё сильнее тосковала по городу — по шумным улицам, движению, возможностям и ощущению, что впереди может быть что-то большее, чем однообразные посёлковые будни.

— Ты это куда собралась? — мать, словно заранее почувствовав неладное, внимательно посмотрела на дочь.

— Мам, я не могу всю жизнь сидеть у вас на шее и жить под одной крышей. Мне уже двадцать один. Пора как-то устраивать свою судьбу.

— Так устраивай здесь, в посёлке! Чем тебе не жизнь?

— Мам, ну что я здесь буду делать? — Валерия посмотрела на неё с неподдельным недоумением.

— Всю зиму Роману голову кружила, а как весна пришла — сразу в город потянуло! И кто тебя там ждёт, хотелось бы знать?

— Ну…

— Что — «ну»? — голос матери стал жёстким и холодным. — А с Полиной кто будет сидеть? Мне до пенсии ещё семнадцать лет работать.

— Я завтра утром просто съезжу, посмотрю, что там и как, а вечером вернусь. Честное слово.

Назад Валерия приехала на следующий день уже в темноте. По её мрачному лицу мать сразу поняла: поездка не оправдала ожиданий.

— Валерия, ну что? Что там вышло? — не выдержала она.

Дочь немного помолчала, потом подняла глаза и произнесла:

— Всё, мам. Я решила. Выхожу замуж за Романа.

— А сам-то Роман об этом знает? Он тебя звал?

— Пока нет… — Валерия мельком глянула на часы. — Сегодня уже поздно, да и темно. Завтра позовёт.

В этот момент из детской выбежала маленькая Полина и, радостно визжа, кинулась к ней:

— Мама!

На следующий вечер всё действительно определилось. Роман пришёл к ним не просто в гости — он явился с серьёзным намерением. Сначала почтительно поздоровался с будущей тёщей, затем крепко пожал руку будущему тестю и, заметно волнуясь, всё же решился сказать главное:

— Сергей Павлович, Ирина Викторовна… Мы с Валерией любим друг друга. Я прошу у вас руки вашей дочери.

Будущая тёща посмотрела на него внимательно, потом кивнула на свободный стул:

— Садись, Рома. Сперва поужинаем, а потом поговорим как следует.

Она принялась накрывать на стол, доставая всё лучшее, что было в доме, потому что понимала: разговор предстоит серьёзный, мужской, решающий.

Через месяц сыграли свадьбу. Роман привёл молодую жену в новый дом, который построил собственными руками. Он был по-настоящему счастлив: рядом с ним теперь жила красивая женщина, о которой он давно мечтал. А Валерия наконец почувствовала под ногами твёрдую почву. У неё появился надёжный тыл, человек, который не предаст, не бросит и не выставит за дверь.

Роман удочерил маленькую Полину, и девочка очень быстро привыкла называть его папой.

Мисс Титс