Я заметила это в самый обычный момент — когда он накладывал себе салат.
Илья взял щипцы, но не те. Не из общей тарелки, а те, что Марина специально положила для кукурузы.
Марина вообще относилась к таким вещам с особой аккуратностью: у неё для каждого блюда был свой прибор, всё продумано до мелочей.
Я уже собиралась сказать: «Не те», — но он опередил:
— У вас тут что, всё как в ресторане? Отдельные щипцы для каждой мелочи?
Он усмехнулся. Марина тоже улыбнулась, но как-то коротко, натянуто. И я заметила, как она почти незаметно подвинула тарелку с кукурузой ближе к себе.
Щипцы легли обратно.
Илья бросил на меня быстрый взгляд — ровный, пустой, как стрелка прибора на нуле. Я привыкла читать такие вещи: по работе постоянно следила за показателями, и здесь было то же самое — никакого отклонения, никакой реакции.
— Свет, ты чего молчишь? — окликнула меня Катя. — Ты же не поздоровалась нормально с Ромой.
Я уже здоровалась. Но встала и обняла её мужа ещё раз, чтобы не объяснять, почему вдруг стало так не по себе.
Полгода назад всё начиналось иначе.
Мы встретились в маленькой чайной на набережной. Он опоздал на двадцать минут и сразу написал сообщение: «Извини, задержали по работе». Тогда мне это показалось важным — человек, который не считает своё время важнее чужого.
Илья занимался поставками промышленной химии. Работал сам на себя, без начальников, без офиса. Когда он пришёл, сразу заказал чай, даже не спросив:
— Тебе зелёный, да? Ты писала.
Я не помнила, что писала в анкете, но кивнула.
Мы говорили легко. Он — про свои сделки, риски, логистику. Я — про очистку воды, про то, как город пьёт её, даже не задумываясь, сколько этапов она проходит.
Он слушал внимательно. И это было важно.
Через неделю он пришёл ко мне. Принёс вино и простое печенье — без показной щедрости. Это мне понравилось.
— Ты какая-то… самостоятельная, — сказал он тогда.
Я не знала, что ответить. Это звучало правильно, но холодно. Как будто он оценивал меня, а не чувствовал.
⸻
Первая трещина появилась через месяц.
Мы сидели у него на кухне, он варил пельмени, я листала его телефон — он сам дал, чтобы включить музыку. И вдруг всплыло сообщение:
«Илья, ты где пропал? Когда увидимся?»
Имя — Наташа.
Я спросила:
— Кто это?
