Цена любви.
Ольга снова подошла к столу.
Никто не обратил на неё внимания — все были заняты наблюдением за танцующими.
Она извлекла из сумочки конверт с путёвкой в тот самый санаторий в Трускавце.
Путёвку купила заранее, собиралась подарить после банкета.
Сюрприз.
Покрутила конверт в руках.
Взглянула на маму, которая смеясь, слушала что-то, что шептала ей Света.
Положила конверт обратно в сумку.
Прощаться не стала.
К маме не подошла.
Просто накинула пальто в гардеробной и вышла на улицу.
Вечерний воздух был свежим и прохладным.
Вокруг пахло выхлопными газами и весной.
Ольга глубоко вдохнула.
Сердце билось ровным ритмом.
Телефон зазвонил.
Пришло СМС от банка: «Оплата 240 000 грн. Ресторан Золотой Фазан».
Следом поступило сообщение от Светы: «Ольга, ты где? Торт выносят! Мама спрашивает!» Ольга взяла телефон.
Открыла контакт сестры.
Нажала «Заблокировать».
Затем открыла контакт «Мама».
Палец колебался на секунду.
Воспомнила: в детстве, когда она болела, мама садилась рядом и нежно гладила по голове.
Тогда было тепло и спокойно.
Это точно было.
Но потом появилась Ирина, и тепло ушло к ней.
Всё ушло к ней.
Ольга нажала «Заблокировать».
Подъехало такси. — Куда направляемся? — спросил пожилой водитель в кепке. — В аэропорт, — неожиданно для самой себя ответила Ольга. — В командировку? — Нет. В отпуск. В Трускавец. Говорят, там сейчас хорошо.
Водитель улыбнулся в зеркало заднего вида. — Правильно. Себя тоже любить надо. А то жизнь пролетает.
Ольга откинулась на сиденье.
Ей было сорок восемь, и впервые в жизни она ощущала, что ничем никому не обязана.
Её руки были пусты — даже кусочка торта она не взяла с собой.
И это оказалось самой лёгкой ношей в её жизни.
В ресторане «Золотой фазан» громко звучала музыка.
Тамара Сергеевна с тревогой поглядывала на пустой стул. — Света, где она?
Неужели уехала?
Даже торт не попробовала!
Вот эгоистка.
Я же говорила — у неё нет сердца. — Да ладно, мам, не переживай, — Света накладывала себе большой кусок торта. — Зато мы с тобой посидим, поговорим.
Кстати, мам… Ты могла бы потом Ольге позвонить?
Мне за кредит платить, а она не берёт трубку.
Тамара Сергеевна вздохнула, невольно поправила золотые серьги с изумрудами — те самые, которые час назад обещала убрать в шкатулку «на чёрный день» — и сжала губы. — Позвоню, конечно.
Куда она денется.
Это же мать.
Она ещё не знала, что абонент временно недоступен.
И, возможно, навсегда.
