Чисто деловые отношения.
Он молчал, обдумывая услышанное. — Если я соглашусь… ты передашь мне запись? — Передам.
И помогу составить заявление в полицию на Ирину.
С такими доказательствами её быстро осудят за мошенничество. — А что дальше?
Мы… можем попытаться начать всё заново?
Я встала и поправила сумочку. — Нет, дорогой.
Этот поезд уже ушёл.
Я делаю это не ради тебя.
Я делаю это ради себя.
Алексей позвонил спустя три дня. — Хорошо, Татьяна.
Принимаю твои условия. — Всё? — Всё.
Десять миллионов найду, уже веду переговоры с банком и инвесторами.
Квартира будет твоей.
Машину выберешь сама.
Я сидела на кухне, наблюдая, как за окном Нина Владимировна развешивает бельё на верёвке. — Когда сможешь приехать для оформления документов? — продолжал Алексей. — Завтра.
В два часа я буду у нотариуса Самойловой, ты же знаешь адрес? — Знаю.
А запись… — Получишь, как только деньги поступят на мой счёт.
На следующий день я приехала в город на своей скромной машине, которую Алексей когда-то презрительно называл «ведром».
У нотариуса он уже ждал с папкой документов.
Муж выглядел явно лучше, чем неделю назад. — Ирина исчезла, — сообщил он, пока нотариус готовила бумаги. — Как только поняла, что её план провалился, сбежала.
Наверное, к своим покровителям. — Найдут.
С моей записью долго скрываться не получится. — Да, вероятно.
Мы без слов подписали договор дарения квартиры и документы на машину — новенькую «Camry», которую я выбрала в салоне накануне.
Деньги поступили на счёт ещё утром. — Татьяна, — произнёс Алексей, когда мы вышли от нотариуса, — я понимаю, что не вправе просить, но… может всё же дашь мне шанс?
Я изменился.
Понял, что ты… — Алексей, — прервала я, — ты не изменился.
Ты просто попал в беду и теперь ищешь спасения.
Через полгода найдёшь какую-нибудь стажёрку и будешь рассказывать ей, какая я стерва. — Нет, ты ошибаешься… — Ошибаюсь.
И знаешь что?
Мне всё равно! — я достала из сумки флешку и протянула ему. — Вот твоя запись.
Пользуйся ею с умом.
Мужчина взял флешку и покрутил её в руках. — Что теперь будешь делать? — Не знаю.
Может куплю домик у моря.
Или открою собственное дело.
У меня теперь есть выбор. — Татьяна… — До свидания, Алексей.
Я села в машину и завела двигатель.
Алексей остался стоять на тротуаре, маленький и растерянный.
Мне стало его даже немного жаль.
Но совсем чуть-чуть.
Через месяц Ирину арестовали в Одессе.
Она пыталась улететь в Курортное, но её сняли с рейса прямо в аэропорту.
Светлана прислала ссылку на новостной сайт, где сообщалось о задержании группы мошенников, специализировавшихся на финансовых махинациях.
Алексей звонил ещё несколько раз, пытался встретиться, говорил о прощении и новых отношениях.
Я отвечала вежливо, но холодно.
В конце концов он перестал звонить.
А я купила небольшой дом в Приморске, с видом на море и виноградником во дворе.
Половину суммы вложила в ценные бумаги, четверть — в собственное консалтинговое агентство.
Клиенты появились быстро.
Оказалось, что за годы работы я заработала хорошую репутацию.
Остальные деньги потратила на то, о чём всегда мечтала, но не решалась: приобрела яхту, небольшую, но свою.
Научилась сама ею управлять.
Иногда, сидя на палубе на закате, я размышляю о том, как странно сложилась моя жизнь.
Алексей хотел унизить меня, отправив в «деревенскую халупу».
А в итоге именно эта деревня стала местом, где я осознала, что больше не хочу жить чужой жизнью.
Дом тёти Тамары я сохранила за собой.
Иногда навещаю его, общаюсь с Ниной Владимировной, прохожу по тем местам, где когда-то планировала начать новую жизнь.
Недавно Светлана рассказала, что Алексей встречается с новой девушкой — бухгалтером из соседней фирмы.
Тридцати лет, с ребёнком.
Говорит, что у них очень серьёзные отношения.
Я искренне желаю ему счастья.
Правда.
Хотя в глубине души думаю, что леопард не меняет пятен.
Но это уже не моя история.
У меня теперь другая жизнь — та, которую выбрала сама.
И это лучшее, что могло со мной случиться.
Справедливость восторжествовала самым неожиданным образом.
Те, кто пытался меня обмануть и унизить, получили по заслугам.
А я обрела свободу и возможность начать всё сначала.
И знаете что?
Мне это нравится.
