— Я точно помню, что покупала его! Ну куда оно могло пропасть?
Марина уже почти довела себя до нервного срыва. В третий раз она вытаскивала из морозильной камеры всё подряд: шуршащие пакеты, пластиковые коробки, свёртки с полуфабрикатами. Заглядывала в каждый отсек, перекладывала продукты с места на место, проверяла даже то, что уже проверяла дважды. Но упаковки с говядиной, которую она взяла на прошлой неделе по удачной акции, нигде не было. Будто испарилась.
Тот день Марина помнила очень ясно. После смены она не поехала сразу домой, а специально свернула к магазину, где обещали скидки. Хорошее мясо по такой цене попадалось редко, поэтому она взяла приличный кусок и, вернувшись, сразу отправила покупку в морозилку. На потом, про запас.
А теперь — пусто.
Марина снова открыла дверцу, перебрала замороженные овощи, отодвинула пакет с ягодами, даже заглянула в самый дальний угол. Ничего. Она с шумом выдохнула и захлопнула холодильник.
— Да что за ерунда такая? Я уже совсем память теряю? Может, никакого мяса и не было?..
Она медленно опустилась на стул и провела пальцами по вискам. Мысли крутились по одному и тому же кругу, тревога только нарастала. Марина пыталась восстановить всё до мелочей: дорогу из магазина, пакет в руках, морозилку, щелчок закрывающейся дверцы. Но ответа всё равно не находилось.
Оставались всего две версии. Либо с памятью у неё действительно начались странности, либо кто-то без разрешения залезал в её квартиру и распоряжался там как у себя дома. И одна мысль пугала её не меньше другой.
Успокоиться Марина так и не смогла. Лишь поздно вечером усталость взяла верх, и она уснула почти без сил. Утром же, несмотря на беспокойство, пришлось собираться на работу.
За завтраком Марина постоянно бросала взгляды на холодильник, словно тот сам проглотил пропавшее мясо и теперь упрямо молчал. Мысль была нелепая, но легче от неё не становилось. Наоборот, раздражение поднималось всё сильнее. Ещё немного — и она бы всерьёз решила, что сходит с ума.
На работе сосредоточиться не получалось. Коллеги переговаривались рядом, звонил телефон, в почту сыпались письма, а Марина снова и снова мысленно возвращалась домой, к пустой морозильной камере.
Вечером она поехала к матери. Заехать Марина обещала ещё три дня назад: у Ирины Викторовны последнее время постоянно зависал телевизор, а без дочери она никак не могла разобраться, что с ним делать.
Марина нажала на звонок.
Дверь открылась почти сразу.
— Мариночка! Наконец-то ты добралась!
Ирина Викторовна радостно улыбнулась и крепко обняла дочь. Марина сняла обувь и прошла в квартиру. Мать сразу заметила её состояние и внимательно всмотрелась в лицо.
— Доченька, у тебя всё в порядке? Ты какая-то совсем бледная…
Марина не ответила сразу, только устало отвела глаза.