— Я теперь с вами жить буду.
Тамара застыла в дверях своей кухни, глядя на свекровь, которая стояла в прихожей с двумя большими чемоданами.
Ольга Петровна сняла пальто и уже повесила его в шкаф, словно собиралась остаться здесь надолго. — Простите, что вы сказали? — Тамара ощутила, как напряглись её плечи.
Она только что пришла с работы и даже обувь не успела снять. — Я переезжаю к вам, — свекровь повернулась и оглядела прихожую. — Надежда выходит замуж, им нужна квартира.
Поэтому решила сделать детям новогодний подарок.
Освобожу жилплощадь для них. — Ольга Петровна, но вы хотя бы спросили… — А что тут спрашивать? — свекровь прошла в гостиную, оглядываясь вокруг. — Это же квартира Андрея, моего сына.
Или ты против приютить мать мужа?
Тамара открыла рот, чтобы возразить, но в этот момент щелкнул замок входной двери.
Андрей вошел, заметил чемоданы и замер. — Мам?
Ты уже приехала? — Уже? — Тамара повернулась к мужу. — Значит, ты знал?
Андрей снял куртку, повесил её на крючок, не глядя на жену. — Там, давай поговорим позже. — Нет, давай сейчас, — Тамара подошла к нему. — Когда ты собирался мне сказать? — Андрюшка, помоги мне с чемоданами, — свекровь уже распоряжалась из гостиной. — Я устроюсь в дальней комнате, там у вас ничего особенного нет. — В дальней комнате у нас кабинет! — Тамара почувствовала, как внутри всё закипает. — Там стоит мой компьютер, я по вечерам оттуда работаю! — Ничего, перенесешь в спальню, — Ольга Петровна махнула рукой. — Молодые, справитесь.
А мне в моем возрасте нужна отдельная комната.
Андрей поднял чемоданы и потащил их в конец коридора.
Тамара следила за ним, чувствуя, как сжимаются кулаки. — Андр, подожди! — Там, я устал, — он оглянулся. — Давай не сегодня, хорошо? — Когда же тогда?
Когда твоя мать уже всё здесь обустроит?
Ольга Петровна прошла мимо них на кухню и включила свет. — Ой, у вас тут такой беспорядок, — донеслось из кухни. — Не переживайте, завтра всё приведу в порядок.
Расставлю всё по-человечески.
Тамара закрыла глаза и досчитала до десяти.
Потом развернулась и ушла в спальню, прикрыв за собой дверь.
Через полчаса Андрей зашел к ней.
Тамара сидела на кровати, уставившись в телефон, но ничего не видела перед глазами. — Там… — Почему ты мне не сказал? — Я думал, ты поймешь, — Андрей сел рядом. — Это же моя мать. — Твоя мать, которая никогда нас не поддерживала, — Тамара повернулась к нему. — Когда мы женились три года назад, где была её помощь?
Где были подарки?
Мы сами всё заработали, сами квартиру купили! — Она дала нам на первый взнос, — тихо произнёс Андрей. — Двести тысяч дала!
А остальные два миллиона кто выплачивает?
Я каждый месяц плачу по тридцать тысяч, ты — сорок! — Там, не начинай.
Это ненадолго. — Ненадолго? — Тамара встала. — Она с двумя чемоданами приехала!
Андр, это не на пару дней!
Андрей отвернулся к окну. — Надежде действительно нужна квартира.
Они женятся в январе. — И получат готовое жильё в подарок, — Тамара скрестила руки на груди. — А когда твоя мать что-то нам дарила? — Это другое… — Что другое? — голос Тамары повысился. — Надежда младшая, ей можно?
А нам нельзя?
Андрей встал и подошёл к двери. — Я не хочу об этом говорить.
Ты устала, я устал.
Ложись спать.
Он вышел, тихо закрыв дверь.
Тамара осталась стоять посреди спальни, слушая, как в гостиной громко работает телевизор — свекровь уже устроилась как дома.
Она легла, но уснуть не могла.
Часы показывали половину двенадцатого, когда из гостиной послышались звуки.
Скрипы, шорохи, стуки.
Тамара приподнялась на локте и прислушалась.
Ольга Петровна что-то переставляла.
Двигала мебель.
Звуки прекратились только к половине первого.
Тамара повернулась на бок и натянула одеяло на голову.
Андрей лежал спиной к ней и дышал ровно — он спал.
А она не могла сомкнуть глаз до трёх часов ночи, думая, что это только начало. *** Утром Тамара проснулась первой.
Андрей ещё спал, в квартире царила тишина.
Может, всё это вчера приснилось?
Она поднялась, накинула халат и вышла в коридор.
Дверь бывшего кабинета была закрыта.
Значит, нет, не приснилось.
На кухне Тамару поджидал сюрприз.
Вся посуда была переставлена.
Кастрюли, которые обычно стояли в нижнем шкафу слева, теперь громоздились справа.
Тарелки с верхней полки перекочевали на среднюю.
Чашки заняли место мисок.
Тамара открыла холодильник и застыла.
Всё было переложено.
Молоко, которое она обычно ставила на дверцу, теперь стояло на полке.
Овощи из нижнего ящика переехали на верхнюю полку.
Сыр лежал там, где обычно стоял йогурт. — Доброе утро.
Тамара вздрогнула и резко повернулась.
Ольга Петровна стояла в дверях кухни в домашнем халате, волосы собраны в пучок. — Я навела порядок, — свекровь подошла к столу и села. — У тебя всё было разбросано.
Неудобно же, когда кастрюли снизу — постоянно наклоняться приходится.
А тарелки на верхней полке — тянуться надо.
Я по-умному расставила. — Ольга Петровна, — Тамара медленно закрыла дверь холодильника, — это мой порядок.
Мне так удобно. — Ну вот теперь по-другому будет.
Привыкнешь. — Я не хочу привыкать!
Я хочу, чтобы всё было так, как я привыкла!
Свекровь встала и подошла ближе.
Она смотрела сверху вниз — была выше Тамары на голову. — Хотите жить в моей квартире?
Значит, будете жить по моим правилам. — В ВАШЕЙ квартире? — Тамара почувствовала, как лицо пылает. — Мы с Андреем её купили в ипотеку!
Платим каждый месяц! — А кто первый взнос дал? — Ольга Петровна прищурилась. — Забыла?
Без моих двухсот тысяч вы бы сейчас жили в съёмной однушке.
Так что я имею право голоса.
Тамара открыла рот, но слова застряли в горле.
Свекровь была права — без первого взноса банк не одобрил бы ипотеку.
Но ведь они почти три года платили кредит, разве это ничего не значит? — Я старше и опытнее, — продолжала Ольга Петровна. — Сорок лет хозяйством занимаюсь, знаю, как правильно.
А ты молодая и неопытная.
Научу тебя.
В коридоре послышались шаги — проснулся Андрей.
Он вошёл на кухню, увидел их лица и застыл. — Что случилось? — Ничего, — свекровь улыбнулась. — Я просто порядок навожу.
Иди умывайся, сыночек, я тебе позавтракаю.
Андрей посмотрел на Тамару.
Она молча покачала головой, затем повернулась и вышла из кухни.
В ванной Тамара умылась холодной водой, пытаясь успокоиться.
Взглянула на отражение — под глазами тёмные круги, губы сжаты в тонкую линию.
Когда она вернулась в спальню, Андрей уже одевался. — Там, что с тобой? — Ничего. — Не ничего.
Лицо красное. — Твоя мать всю кухню переставила, — Тамара достала из шкафа рабочую блузку. — Ночью.
Пока мы спали. — Ну и что? — Андрей надел свитер. — Может, ей так удобнее. — А мне неудобно!
Это моя кухня! — Теперь наша, — тихо сказал он и вышел.
Тамара осталась стоять с блузкой в руках.
Наша.
Получается, теперь в доме не две хозяйки, а три?
Она оделась, накрасилась и собрала сумку.
На кухне Андрей уже завтракал — свекровь напекла блинов.
Тамара блины не любила, предпочитала овсянку по утрам.
Но Ольга Петровна уже накладывала ей в тарелку. — Ешь, девочка.
Ты слишком худенькая, надо поправляться. — Я не хочу блинов. — Как не хочешь?
Я специально рано встала и напекла! — Я не просила, — Тамара взяла сумку. — Мне пора на работу. — Без завтрака? — свекровь подняла руки. — Вот молодёжь пошла!
Здоровье не берегут!
Андрей встал из-за стола, взял куртку. — Мам, мне тоже бежать.
Они вместе вышли из квартиры, молча спустились на лифте.
На улице разошлись в разные стороны, не попрощавшись. *** На работе Тамара не могла сосредоточиться.
Она сидела за компьютером, делая вид, что изучает отчёты, а перед глазами стояла картина: свекровь в её кухне, раскладывающая посуду по-своему.
В обед она встретилась с Натальей в кафе неподалёку.
Наталья работала в соседнем здании, и они часто виделись в перерывах. — Ты выглядишь ужасно, — Наталья села напротив. — Что случилось?
Тамара рассказала.
Про внезапный переезд свекрови, перестановку на кухне, молчание Андрея. — Подожди, — Наталья нахмурилась. — Он тебе заранее не сказал? — Нет. — А как долго она у вас пробудет? — Не знаю.
Говорит, Надежде квартиру дарит, а сама к нам переезжает. — То есть Надежда получит готовое жильё, а вам досталась свекровь? — Наталья свистнула. — Здорово. — Андрей утверждает, что ненадолго. — Там, ты же понимаешь, что это ложь?
Если она отдала квартиру дочери, куда ей ещё съезжать?
Тамара кивнула.
Она сама это понимала, просто не хотела признавать. — Что делать? — Поговори с Андреем.
Серьёзно поговори.
Пусть установит границы с матерью. — Он не хочет разговаривать.
Говорит, устал, давай не сегодня.
Наталья вздохнула. — Тогда придётся тебе самой ставить границы.
Скажи свекрови прямо: это твой дом, твои правила. — Она считает, что это её квартира.
Потому что дала двести тысяч на взнос. — Двести тысяч три года назад, — Наталья наклонилась вперёд. — А сколько вы выплатили с тех пор?
Больше миллиона? — Почти полтора. — Вот именно.
Это ваша квартира.
Ваша с Андреем.
Тамара хотела в это верить.
Но вечером, вернувшись домой, уверенность улетучилась.
У дверей её встретили голоса.
Множество голосов.
В гостиной сидели Ольга Петровна, Надежда и её жених Виктор.
На столе лежали торт… нет, пирожные и фрукты. — А, Тамарка пришла, — Надежда повернулась. — Привет. — Здравствуйте, — Тамара сняла обувь, чувствуя себя чужой в собственном доме. — Не знала, что будут гости. — Какие гости? — Ольга Петровна махнула рукой. — Это же родня.
