Тамара Сергеевна улыбалась «по-доброму».
Так обычно улыбается крокодил, который уже прицелился к ноге невнимательной антилопы, но пока ещё наслаждается мгновением перед броском.
Я тоже улыбнулась.
Но моя улыбка была не крокодильей, а скорее вежливой табличкой «Не подходи — опасно», которую почему-то никто никогда всерьёз не воспринимает. — Алиса, деточка, ну что ты там вилкой ковыряешь? — пропела свекровь, поправляя массивное колье, вероятно, стоившее как почка среднего жителя нашего города. — Ешь, не стесняйся.
Когда ещё такой балык попробуешь?
У вас-то в холодильнике, наверное, мышь повесилась и записку оставила?
За столом захихикала «группа поддержки» — троюродная сестра свекрови, тётка Нина, женщина огромных размеров и с таким же огромным самомнением. — Да брось ты, Тамара, — махнула рукой Нина, отправляя в рот кусок торта. — Молодым нынче трудно.
Мы-то умели жить, крутиться.
А нынешние… ни кожи, ни рожи, ни накоплений.
Мой муж Игорь чуть было возразил, открыл рот, но Тамара Сергеевна, даже не глядя на него, подняла ухоженный палец: — Игорь, жуй.
И Игорь, мой взрослый, тридцатилетний Игорь, начальник отдела логистики, послушно закрыл рот и уткнулся в тарелку.
Этот жест был отработан годами.
Мама сказала «к ноге» — сын подчинился.
Но сегодня я чувствовала: ужин обещает быть не простым.
Сегодня меня пригласили на казнь. — Я, собственно, зачем нас всех собрала, — Тамара Сергеевна промокнула губы салфеткой, и в комнате воцарилась тишина. — Я решила, что достаточно нам ссориться.
Возможно, я была слишком строга к тебе, Марина.
Прости меня, если сможешь.
Она сделала паузу, ожидая аплодисментов.
Тётка Нина чуть не захлопала, но вовремя вспомнила, что у неё в руках эклер. — Я женщина современная, — продолжила свекровь, сверкая глазами. — И решила помочь вашей молодой семье.
Хватит вам ютиться в вашей двушке.
Я тут посоветовалась с риелтором…
В общем, план такой: вашу квартиру мы продаём.
Деньги вложим в строительство большого загородного дома.
Жить будем все вместе, на свежем воздухе!
А пока идёт стройка — поживёте у меня. — Мам, но нам нравится наша квартира, — тихо вмешался Игорь. — Цыц! — гаркнула «добрая» мама, и маска добродетели на мгновение слетела. — Я о будущем внуков думаю!
Которых, кстати, всё нет и нет.
В общем, Марина, завтра приедет оценщик.
Документы подготовьте.
Вот оно.
Прямой конфликт.
Никаких просьб — только приказ.
Я аккуратно отложила приборы на край тарелки.
Звон серебра прозвучал как гонг перед первым раундом. — Тамара Сергеевна, — мой голос был спокойным. — Мы не собираемся продавать квартиру.
И переезжать за город тоже не планируем.
Повисла тишина.
