Звонок проходил без помех, партнеры оставались довольны представленными данными, активно обсуждались детали значимого контракта.
Вдруг в коридоре раздался до боли знакомый щелчок замка.
Тамара ощутила внезапный холодок.
Она находилась в гостиной, спиной к двери, и прервать совещание не имела возможности.
Лишь слегка повысив голос, она надеялась, что свекровь услышит, осознает, что идет работа, и тихо уйдет на кухню.
Однако Галина Петровна не была человеком с деликатным подходом.
Бодрым шагом она вошла в комнату.
В руках держала большой куст цветущей герани в старом пластиковом горшке.
Не обращая внимания на то, что невестка говорит в микрофон, она громко, на всю квартиру, произнесла: – Тамара, я тебе цветок принесла!
А то у вас тут энергетика мертвая, хоть кислород будет!
Куда ставить?
На подоконник или на стол?
Партнеры на экране замолчали.
Седовласый директор регионального филиала удивленно приподнял бровь: – Галина Петровна, я работаю!
У меня совещание! – прошипела Тамара, прикрыв микрофон рукой, а лицо покрылось румянцем стыда. – Ой, да какое совещание дома в тапочках! – отмахнулась свекровь, подойдя ближе к столу и попадая прямо в объектив веб-камеры. – Здравствуйте, товарищи начальники!
Вы уж ее там сильно не ругайте, она у нас девочка хорошая, только по хозяйству неумеха!
С экрана раздался сдержанный смешок.
Тамара дрожащей рукой нажала кнопку отключения видео и звука.
Конечно, контракт обсудили позднее, сославшись на технические неполадки, но неприятный осадок остался огромным.
Репутация строгого специалиста была подмочена кустом герани.
Вечером дома разгорелся скандал.
Тамара говорила тихо, не повышая голоса, но ее слова были настолько резкими, что Игорь словно вжался в диван. – Твоя мать сорвала мне деловые переговоры.
Она выставила меня посмешищем перед людьми, от которых зависит моя премия и моя должность.
Игорь, я больше этого терпеть не намерена.
Забери у нее ключи. – Тамар, ну она же не знала про видеосвязь…
Она думала, ты просто бумажки перекладываешь.
Я поговорю с ней, честно.
Я сам заберу ключи.
Завтра же заеду к ней после работы.
Игорь сдержал слово лишь частично.
Он заехал к матери и попросил вернуть ключи.
Но Галина Петровна устроила настоящий спектакль с хватанием за сердце, измерением давления и причитаниями о том, что ключи – это ее единственная гарантия, что если она умрет в своей квартире, ее хотя бы найдут не через месяц.
Сердце сына затрепетало.
Он оставил ключи, но взял с нее «железобетонное» обещание никогда не приходить без звонка.
Узнав об этом, Тамара лишь горько усмехнулась.
Она поняла, что муж проблему не решит.
В нем слишком глубоко сидел страх обидеть мать.
Значит, действовать придется самостоятельно.
Чаша терпения переполнилась спустя месяц.
Была среда.
Тамара отпросилась с работы после обеда – нужно было забрать результаты анализов из поликлиники, а затем она решила просто прогуляться по осеннему парку и пойти домой, чтобы наконец насладиться тишиной.
Подходя к своей квартире, она услышала голоса уже на лестничной клетке.
Они доносились из-за ее двери.
Тамара замерла, доставая ключи.
В квартире явно находилось несколько человек.
Женщины.
Они громко разговаривали, смеялись, звякали посудой.
Тихо вставив ключ в замочную скважину, она повернула его и осторожно приоткрыла дверь.
Из кухни раздавался голос Галины Петровны: – …Вот, Людмила, смотри, какую кухню мы Игорю справили.
Фасады итальянские, техника дорогая.
Я уж им говорила, зачем такие деньги тратить, но Тамара же у нас барыня, ей все самое лучшее подавай. – Ой, Надя, и не говори, – ответил скрипучий голос Людмилы, соседки свекрови. – Моя невестка тоже транжира.
А чисто тут у них как, надо же. – Да это я вчера приходила, полы намыла, – ничуть не смущаясь, соврала свекровь. – Она-то целыми днями в компьютере сидит, ей некогда тряпкой махать.
Ну, пейте чай, девочки, пейте.
Я сейчас вам еще спальню покажу, там такой шкаф огромный, они туда кучу денег вбухали.
Тамара стояла в коридоре, чувствуя, как от возмущения холодеют кончики пальцев.
Свекровь не просто приходила без разрешения.
Она устраивала в их доме экскурсии.
Она приводила своих подруг-пенсионерок в чужую квартиру, пока хозяева были на работе, чтобы похвастаться ремонтом, попить чай из их кружек и выставить невестку неряхой перед чужими людьми.
Это уже выходило за рамки просто отсутствия такта.
Это было грубое, наглое нарушение всех возможных границ.
Согласно закону, эта квартира являлась совместной собственностью Тамары и Игоря, и никто не имел права даже переступать порог без согласия хотя бы одного из владельцев.
Тамара не стала снимать обувь. Она прошла по коридору и резко возникла в дверном проеме кухни.
