Я взяла трубку. — Ольга, где ты?! — почти кричал он. — Что за истерика?
Мама плачет, я не понимаю, что происходит! — А я понимаю, — спокойно ответила я. — Алексей, я устала. Очень устала. Мне нужно время, чтобы всё обдумать. — О чём думать?! Приезжай домой, обсудим всё! — Нет. Не приеду. Поживу у подруги. — Это из-за мамы, да? — голос его стал резким. — Оля, ну сколько можно? Она же пытается помочь! — Алексей, — говорила я медленно, будто объясняя малышу, — твоя мама уже третий раз за месяц перестирает мои вещи, потому что я, по её мнению, стираю неправильно. Она переставляет мебель в нашей квартире. Выбрасывает продукты, которые я покупаю, и ставит свои. У неё есть ключи от нашего дома, и она приходит, когда захочет. А ты — всегда на её стороне. — Потому что она права! — вспылил он. — Ты действительно иногда… — Всё, — оборвала я. — Разговор закончен. Я повесила трубку и выключила телефон. — Вот это да, — свистнула Марина. — Не ожидала от тебя такого. — Я тоже не ожидала, — призналась я. Мы сидели за чаем до полуночи. Марина рассказывала о своей жизни — работала в рекламном агентстве, встречалась с каким-то режиссёром, ходила на йогу и в театры. Жила насыщенной жизнью. А я… я варила борщи и стирала рубашки. — Знаешь, — сказала Марина, — ты отличный бухгалтер. Помнишь, как в университете всех на практике обошла? — Было, — кивнула я. — Это было давно. — Почему бросила? — Алексей говорил, что работа занимает много времени. Что дом запущен. Что мама его всю жизнь сидела дома и была счастлива. — И ты согласилась? — Да. Марина покачала головой: — Оля, дорогая, а ты хоть раз подумала о том, чего хочешь ты? Не Алексей, не его мама, а ты? Я промолчала. Потому что не знала ответа. Ночью я лежала на диване у Марины и смотрела в потолок. Телефон был выключен, квартира тихая, за окнами редко проезжали машины. И я размышляла. О том, когда всё пошло не так. Наверное, с самого начала. Мы встретились на работе — Алексей был клиентом фирмы, где я трудилась. Симпатичный, обходительный, внимательный. Ухаживал красиво — цветы, рестораны, комплименты. Через полгода сделал предложение. А потом появилась Наталья Ивановна. Она приехала познакомиться и сразу дала понять, что я не та, кого она хотела для сына. Не такая внешность, не то образование, не те манеры. Алексей тогда заступился: «Мам, я люблю Ольгу». Но это было в последний раз. После свадьбы всё изменилось. Наталья Ивановна стала появляться чаще. Давать советы. Критиковать. А Алексей — он просто хотел, чтобы все были довольны. Я старалась. Менялась, подстраивалась, угождала. И вот итог — я лежу на чужом диване и не понимаю, кто я теперь. Утром меня разбудил запах кофе. Марина уже была на ногах и готовила завтрак. — Доброе утро, беглянка, — улыбнулась она. — Как спалось? — Нормально, — потянулась я. — Марина, спасибо тебе. — Да брось. Мы же подруги. Кстати, — она поставила передо мной чашку кофе, — в нашем агентстве нужен бухгалтер. Хочешь, я порекомендую тебя? Я посмотрела на неё: — Серьёзно? — Абсолютно. Оля, тебе пора начать новую жизнь. Работа — хороший старт. Работа. Я не работала три года. Отвыкла. — Я подумаю, — сказала я. — Думай побыстрее, — села напротив Марина. — А то опять увязнешь в этом болоте. В субботу утром я включила телефон. Сто двенадцать пропущенных вызовов. Я удалила их все, не прослушивая, и отправила Алексею одно сообщение: «Мне нужно время. Не звони». Ответ пришёл через минуту: «Ты разрушаешь нашу семью». Я усмехнулась. Семью. Какую семью? Где мама командует, сын подчиняется, а жена служит? «Я просто хочу подумать. Дай мне неделю», — написала я. Больше не отвечала. День прошёл спокойно. Мы с Мариной гуляли по городу, заглянули в книжный, выпили кофе в том самом кафе, где я познакомилась с Игорем.
