Консервы тоже быстро подходили к концу.
Тамара Сергеевна вышла на улицу и спустилась в старый погреб в надежде найти что-то полезное.
Она ожидала встретить холод и сырость, но под ногами ощутила мягкую землю.
Отодвинув камни у стены, женщина обнаружила щель, из которой медленно сочилась прозрачная вода.
Она набрала её ладонью и умылась — вода оказалась чистой и приятной.
Утром она проснулась и сразу не заметила, что что-то изменилось.
Суставы больше не болели.
Руки перестали ныть.
Подойдя к осколку зеркала на стене, Тамара Сергеевна охнула.
Морщины разгладились, кожа стала светлее.
Словно она сбросила десять лет.
В погребе она наткнулась на старую тетрадь в кожаном переплёте.
Рукопись была неровной, но читаемой. В ней говорилось: «Кто найдёт эти строки, пусть знает: дом стоит на особом месте.
Вода лечит тело, но сюда приходит лишь тот, чьё сердце не озлоблено обидами.
Я, печник Алексей, прожил в этом доме двадцать лет после предательства самых близких.
Но не озлобился.
Дом дал мне вторую жизнь.
Он подарит её и тебе, если примет.» Тамара Сергеевна закрыла тетрадь и расплакалась.
Впервые за много дней её слёзы текли не от жалости к себе, а от облегчения.
Её отвергли, выбросили на край света.
Но этот проклятый дом стал для неё убежищем.
Здесь она могла начать всё заново.
Через неделю началась метель.
Ветер с гор налетел на Скадовск, окутывая город белой пеленой.
Три дня Тамара Сергеевна не покидала избу.
Борис лежал у печки спокойно, но на третью ночь вдруг вскочил и стал выть.
Он царапал дверь, метался и жалобно скулил, отчего её сердце сжалось. — Что случилось?
Кто-то в беде?
Она накинула платок, взяла керосиновую лампу и открыла дверь.
Ветер почти сбил её с ног.
Пёс бросился вперёд, оглядываясь и ожидая, пока она догонит.
Метель слепила глаза.
Через несколько минут они добрались до оврага.
Из сугроба торчала крыша автомобиля.
Тамара Сергеевна подняла лампу.
В салоне находился мужчина, голова откинута назад, глаза закрыты.
Она изо всех сил потянула за дверцу.
Та поддалась.
Мужчина был без сознания, но дышал.
Борис подставил спину, и вместе с ним они дотащили пострадавшего до избы.
Женщина усилила огонь в печи, сняла с него промёрзшую одежду и укутала одеялами.
Она спустилась в погреб и набрала воды из источника.
Медленно поила его небольшими глотками.
К утру мужчина открыл глаза. — Где я? — прохрипел он. — В безопасности.
Лежи спокойно, не вставай пока. — Меня зовут Павел.
Я ехал к клиенту в соседний район, ремонтировал старинные часы.
Машину занесло на повороте.
Я думал, что всё кончено. — Благодарить надо не меня, а этого молчаливого друга, — она кивнула на Бориса. — Он вывел меня к тебе через метель.
Павел погладил пса.
В последующие дни он оставался в избе, восстанавливая силы.
Тамара Сергеевна кормила его скудными запасами и поила водой из источника.
Синяки быстро проходили, а ушибы переставали доставлять боль.
