Но покупать в чужой квартире шторы с ужасным рисунком? — А что у тебя висят какие-то непонятные серые занавески?
Как будто в морге.
А я выбрала яркие, с цветочками, — гордо рассказывала свекровь о своих приобретениях.
Ольга даже не стала описывать, насколько эти шторы были безвкусны.
К счастью, Владимир хоть немного сдерживал её порывы.
Однажды Ольга подслушала часть разговора: — У вас тут всё такое мрачное и темное, воздуха не хватает!
Давай я поклею новые обои, раз уж руки не доходят. — Нет, мам, нам нравится с этими.
Мы же у тебя дома ничего под себя не переделываем, — решительно отвечал Владимир. — А у вас, если честно, вкус оставляет желать лучшего!
Почему бы не поставить свекровь на место, да ещё и жёстко?
Всё очень просто: квартира принадлежала свекрови, она получила её по наследству от тётки.
Мама мужа дала разрешение жить там, пока сама не выйдет на пенсию и не переберётся из Железного Порта в столицу — «поближе к детям».
А в чужой квартире особенно не станешь возражать.
За пять лет брака супруги копили деньги на собственное жильё и терпели.
К счастью, визиты свекрови случались редко, примерно раз в полгода.
Но после каждого её приезда Ольга долго приходила в себя.
Что у Тамары Сергеевны точно было — так это дар расшатывать нервы.
Даже Владимир после отъезда матери вздыхал с облегчением.
На осторожный вопрос Ольги, нужны ли вообще эти визиты, он строго отвечал: — Она же одна живёт, а я уехал.
Как я могу ей запретить приезжать?
Она у меня одна, я её люблю.
Ну и… пока мы у неё — она имеет полное право приезжать.
Обсуждению этот вопрос не подлежал.
Поэтому к приездам свекрови Ольга старалась морально подготовиться, хотя её постоянные замечания доводили до нервного срыва. — Ой, милая!
Ты в этом на работу ходишь?
Я думала, так, чтобы мусор вынести. — Почему ты не носишь подштанники? — это уже сыну. — Яички должны быть в тепле, тебе ещё детей делать.
Или ты там уже всё отморозил? Поэтому внука мне никак не родите?
