Это вполне обычная ситуация.
Набрав номер, она услышала затяжные гудки.
Неожиданно сердце словно ушло в грудь тяжелым ударом. — Куликов на связи! — раздался в трубке глубокий, слегка хрипловатый баритон.
Говорил он так, будто только что пробежал короткую дистанцию. — Слушаю вас! — Иван Петрович, доброго утра.
Это Корзун из «Гарант-Айс», — четко и отчетливо произнесла Тамара Сергеевна, словно докладывая начальству. — О, Валя!
Приветствую! — голос Куликова сразу наполнился теплом. — Сколько лет, сколько зим!
Как ты сама?
Как обстоят дела в конторе?
Все еще по косточкам разбираете дела своих клиентов?
Тамара Сергеевна нахмурилась от фамильярности, но ответила ровно. — Спасибо, Иван Петрович, все идет в обычном режиме.
Я звоню по делу.
Узнала, что у вас открыта вакансия в отделе андеррайтинга.
На том конце наступила короткая пауза. — Информация верна, — ответил Куликов более сдержанно. — А есть кто-то, кого вы могли бы предложить?
Или сама решила к нам прийти?
Я серьезно! — Нет, Иван Петрович, я на своем месте, — женщина слегка улыбнулась, оценивая его настойчивость. — Хочу порекомендовать одного молодого специалиста.
Очень способная девушка.
Ольга… — она замялась, решив пока не называть фамилию. — У нее отличное аналитическое мышление, опыт работы с документацией, усидчивость.
Думаю, она замечательно впишется в ваш коллектив. — Ольга, говоришь? — Куликов, казалось, что-то жевал. — А откуда она?
Где работала?
Почему ушла? — Она трудилась в дизайнерском бюро, — начала Тамара Сергеевна, стараясь придать словам весомость. — Вела проекты от концепции до сдачи.
Это огромная нагрузка, постоянные контакты с заказчиками, подрядчиками и поставщиками.
Визуализация, расчет смет… — Дизайнерское бюро? — перебил ее Куликов.
Его голос потерял деловой оттенок и стал каким-то… заинтересованно-насмешливым. — Валя, она что, дизайнер?
Обои, шторки?
Тамара Сергеевна почувствовала, как внутри начинает закипать гнев.
Она терпеть не могла, когда ее перебивали. — Дизайнер интерьеров, Иван Петрович.
Это серьезная профессия, требующая пространственного мышления, внимания к деталям и умения укладываться в бюджет.
Эти навыки вполне применимы для андеррайтинга. — Валя, Валя, — засмеялся Куликов.
Смех был коротким, резким. — Не пытайся меня обмануть.
Андеррайтинг — это математика, статистика, расчеты, черт возьми!
А не подбор подушечек.
Скажи прямо: кто она тебе?
Племянница?
Дочь подруги?
Тамара Сергеевна стиснула зубы. — Это моя невестка, — выдохнула она, решив, что честность — лучшая политика. — Жена моего сына.
Она оказалась в сложной ситуации, временно без работы.
Я знаю ее потенциал и… — Невестка! — Куликов расхохотался во весь голос, не скрываясь.
Тамара Сергеевна даже отодвинула трубку от уха. — Ну, Валя, ты даешь!
Я-то думал, ты мне ценного сотрудника сватаешь, кандидата наук из Высшей школы экономики или опытного специалиста с рынка перестрахования.
А ты мне дизайнершу в андеррайтеры рекомендуешь!
Да еще и невестку! — Иван Петрович, я не нахожу в этом ничего смешного, — холодным тоном произнесла Тамара Сергеевна.
Внутри у нее все сжалось тугим комом обиды и холода. — Человек способен учиться.
Я бы поручилась за нее. — Да брось, Валя! — Куликов все еще посмеивался, но в голосе появились снисходительные нотки. — Подумай сама.
Приходит ко мне девушка с улицы, без опыта в страховании.
Что скажу своим сотрудникам?
Что взял родственницу из жалости?
У меня тут не богадельня, а боевой отряд.
Все четко, все на пределе.
Мне нужны профессионалы, которые будут работать, а не рисовать эскизы. — Я понимаю, — голос Тамары Сергеевны слегка дрогнул. — Просто думала, что есть шанс… — Слушай, — Куликов вдруг стал серьезным. — Хочешь по-честному?
