— Марина, наконец-то!
Я уже целый час тебя жду.
Слушай внимательно: на Новый год я пригласила к вам гостей.
Марина застыла в дверях.
Ключи в её руке замерли на полпути к столу.
Аня на другой руке зашмыгалась — очевидно, почувствовала мамину тревогу. — Я позвала Ольгу с Людмилой, также Ирину Викторовну из нашего подъезда и мою племянницу Катю.
Примерно человек десять соберется, — Нина Петровна говорила так, будто обсуждала прогноз погоды.
Спокойно.
Буднично. — В общем…
Я уже всех пригласила на Новый год к вам, так что начинай готовить стол. — Нина Петровна, но мы… — начала Марина, однако свекровь уже поднялась с дивана, поправляя сумочку. — А что вы собирались делать?
Сидеть вдвоём?
Молодые, здоровые, а прячетесь от людей!
Нет, я так не оставлю.
Праздник должен быть с гостями, с весельем.
Марина поставила Аню на пол.
Девочка немедленно потянулась к игрушкам.
Голова гудела после рабочего дня — в детском центре сегодня царила предновогодняя суета, родители забирали детей позже обычного, все были на нервах. — Нина Петровна, мы с Алексеем хотели тихо встретить Новый год.
Просто мы с Аней вдвоём.
Первый раз в своей квартире, — Марина старалась говорить ровно, без упрёка. — Да ну!
Ещё сто раз встретите.
А я уже всем сказала.
Будет неудобно отказывать, понимаешь?
Ольга уже закупилась, Людмила тоже готовится.
Ирина Викторовна так обрадовалась — она ведь живёт одна, бедняжка.
Ты же не хочешь, чтобы я их всех подвела?
Марина молчала.
Внутри всё кипело, но она понимала — сейчас спорить бесполезно.
Свекровь уже стояла у двери, застёгивая куртку. — Список продуктов скину тебе на вотсап.
Там ничего сложного.
Салатики, нарезки, горячее.
Я ещё подумаю, может, что-то сама принесу.
Только постарайся, хорошо?
Чтобы всё было как полагается.
Дверь захлопнулась.
Марина осталась посреди прихожей, глядя на белую стену.
Аня играла на полу, бросая кубики во все стороны.
Квартира вдруг показалась чужой.
Но это же их квартира.
Их.
Они с Алексеем взяли ипотеку, платят поровну.
Именно они выбирали обои, ночами собирали мебель.
Это их дом.
А свекровь просто взяла и решила за них.
Телефон завибрировал.
Марина взглянула на экран — сообщение от Нины Петровны.
Длинный перечень: «Селёдка под шубой, оливье, колбасная нарезка, сырная нарезка, запечённое мясо (лучше свинина), картошка, огурцы и помидоры, красная икра (хотя бы две баночки), шампанское (пять бутылок), торт…» Марина прокрутила вниз.
Список продолжался.
В конце было: «Это самое необходимое.
Остальное решай сама, ты хозяйка.» Хозяйка.
Интересное слово.
Марина взяла Аню на руки и направилась на кухню.
Села на табурет, достала телефон.
Позвонила Алексею. — Привет, солнышко.
Как дела? — голос мужа звучал уставшим.
На фоне слышался шум станков — значит, он ещё на фабрике. — Алексей, твоя мама только что ушла. — Опять приходила? — в голосе не было удивления.
Только усталость. — Она пригласила на Новый год к нам гостей.
Человек десять.
Не спросив нас.
Тишина.
Затем: — Серьёзно? — Очень.
Она уже всех обзвонила, готовятся.
И мне список продуктов прислала — на две зарплаты минимум. — Маринка, я…
Слушай, сейчас не могу говорить.
Вечером обсудим, ладно? — Алексей, но что мы будем обсуждать?
Она уже всем сообщила! — Я понимаю.
Просто давай спокойно поговорим дома.
Я через час буду.
Марина положила трубку.
Аня потянулась к холодильнику — там висели магнитики, которые она очень любила.
Марина посадила дочку на пол, открыла нижнюю дверцу холодильника.
Там стояли два йогурта, пакет молока и остатки вчерашнего ужина.
А через неделю там должны быть салаты на десять человек.
Она поднялась, подошла к окну.
За ним сгущалась темнота.
Двадцать третье декабря.
До Нового года осталось всего неделя.
Они с Алексеем так мечтали о спокойном празднике.
Первый год в своей квартире.
Без суеты, без чужих.
Просто они, Аня и ёлка с гирляндами.
А теперь будут Ольга с Людмилой, которые каждый раз смотрят на Марину так, словно оценивают товар на рынке.
Будет Ирина Викторовна, которая обязательно начнёт расспрашивать о зарплате и когда же они второго ребёнка планируют.
Будет Катя — племянница свекрови, которую Марина видела всего один раз в жизни на каком-то дне рождения.
И всё это в их квартире.
Их доме.
Марина вернулась к телефону, открыла переписку с сестрой Натальей. «Нат, у меня проблема.» Ответ пришёл через минуту: «Слушаю.» «Свекровь пригласила к нам на Новый год десять человек.
Не спросив.» Три точки показывали, что Наталья печатает.
Потом появилось сообщение: «Ты шутишь?
Она совсем там?» Марина улыбнулась.
Наталья всегда говорила прямо, без прикрас.
Медицинское училище сделало сестру ещё более резкой — там не было времени на дипломатичность. «Не знаю, что делать.
Алексей говорит, что вечером обсудим.» «Мар, это ваша квартира.
ВАША.
Скажи ей, что гостей не принимаете.
Точка.» «Она уже всем сообщила.» «И что?
Пусть звонит и отменяет.
Это её проблема, пусть решает.» Легко сказать.
Наталья не замужем, живёт одна в студенческом общежитии.
У неё нет свекрови, которая каждую неделю приходит с ключами от их квартиры.
У неё нет мужа, который боится конфликтовать с матерью.
Дверь открылась.
Алексей вошёл, снимая куртку.
Лицо уставшее, под глазами синяки.
На мебельной фабрике сейчас аврал — все хотят получить заказы до праздников. — Привет, — он наклонился, поцеловал Марину в макушку.
Потом поднял Аню с пола, подбросил.
Девочка засмеялась. — Как моя принцесса? — Алексей, нам нужно поговорить, — Марина встала, прислонилась к столешнице.
Алексей поставил Аню обратно на пол, дал ей пару пластиковых контейнеров — пусть играет.
Потом повернулся к жене. — Я знаю.
Мама тоже мне звонила.
Сказала, что всё организовала. — И что ты ей ответил? — Ничего.
Я был на работе, станки рядом, всё равно бы не услышал.
Сказал, что перезвоню.
Марина скрестила руки на груди. — Алексей, я не хочу принимать десять человек на Новый год.
Мы мечтали о тихом вечере.
Помнишь?
Мы даже елку выбрали маленькую, чтобы в углу стояла, не мешала. — Помню, — Алексей потер лицо руками. — Маринка, я понимаю.
Но мама уже всех пригласила.
Как я ей теперь скажу? — Так же, как ты мне.
Открой рот и скажи.
— Ты не понимаешь.
Она устроит скандал. — А я что, не могу?
— Марина почувствовала, как внутри что-то сжалось. — Алексей, это наша квартира.
Наша жизнь.
Почему мы должны жить так, как хочет твоя мама? — Не должны.
Но она уже всех пригласила.
Неудобно же.
— Неудобно кому?
Нам или ей?
Алексей молчал.
Отвернулся к окну.
Плечи напряглись. *** Марина подошла и положила руку ему на плечо. — Алексей, я не хочу ссориться.
Правда.
Просто я устала.
Твоя мама приходит сюда, когда ей захочется.
У неё есть ключи от нашей квартиры.
Она не спрашивает разрешения.
Просто приходит. — Ключи я дал ей на всякий случай, — Алексей повернулся к ней. — Вдруг что случится. — Что может случиться?
Мы взрослые люди.
Если нам нужна помощь, мы попросим. — Маринка, пойми.
Она живёт одна.
Ей скучно.
Она хочет быть рядом. — Я понимаю.
Но не так!
Не вот этим приказным тоном!
Аня на полу заплакала — уронила контейнер на ногу.
Алексей подхватил дочку, начал её качать.
Марина стояла и наблюдала за ними.
Муж и дочь.
Её семья.
Но почему-то решения в этой семье принимает не она и не Алексей, а свекровь. — Ладно, — сказал Алексей, когда Аня успокоилась. — Давай так.
Я завтра позвоню маме.
Скажу, что мы подумали и… согласны.
Но в следующий раз пусть сначала спрашивает.
Марина отступила на шаг. — Значит, ты согласен принимать этих гостей? — Маринка, она уже всех позвала!
Что мне теперь делать? — Позвони и отменяй! — Я не могу так с ней, — Алексей качал головой. — Ты же знаешь мою мать.
Она обидится.
Перестанет общаться.
Будет страдать.
А мне потом что, смотреть на это?
Марина села на табурет.
Внутри всё сжалось тугим узлом.
Она понимала, о чём говорит Алексей.
Нина Петровна умела обижаться.
Могла неделями не брать трубку, а потом, когда Алексей приезжал извиняться, устраивала сцены со слезами.
