Ее невысокая, крепкая фигура внезапно показалась Ольге необъятной. — Ты что, против меня возражаешь?
Когда мой сын страдает? — голос ее прозвучал холодно и решительно. — Я его поднимала на ноги, а не ты!
Я знаю, что для него действительно лучше!
Он мой сын! — Он мой муж! — выкрикнула Ольга, слезы хлынули из ее глаз. — И я не позволю вам погубить его своими архаичными методами!
Игорь попытался приподняться, опираясь на локоть.
Мир вокруг него мерцал и плавился. — Девчонки, не ссорьтесь… — простонал он. — Мам, Ольга, хватит…
Но было уже поздно.
Тамара Сергеевна, молча, направилась на кухню.
Ольга услышала, как она открывает банку, как звенит крышка.
Спустя мгновение она вернулась с граненым стаканом, наполненным мутной, желтоватой жидкостью, в которой плавали зернышки укропа. — Пей, сынок, — спокойно произнесла она, поднося стакан к его губам. — Выпей, станет легче.
Ольга застыла, охваченная ужасом.
Она видела, как Игорь, слабый и измученный болью, послушно приоткрыл рот.
В этот момент в ее сознании что-то щелкнуло.
Это перестал быть спором — началась настоящая битва за его жизнь. — Нет! — вскрикнула она и резко выбила стакан из рук свекрови.
Стекло с грохотом разбилось о пол, и резкий, солоноватый запах рассола мгновенно заполнил комнату.
Жидкость разбрызгивалась по ногам, по кровати, по домашним тапочкам Тамары Сергеевны.
Та отпрянула, глядя на Ольгу с таким невероятным ужасом и злостью, словно та совершила кощунство. — Ты…
Ты безумная! — прошипела она. — Что ты наделала?! — Я спасла ему жизнь! — рыдая, кричала Ольга.
Она больше не могла сдерживаться.
Женщина набрала номер «Скорой» и, отворачиваясь от обезумевшей свекрови, громко произнесла в трубку: — Алло! «Скорая»?!
Адрес…
Аппендицит!
Острая боль, тошнота!
Да, в сознании!
Поторопитесь!
Тамара Сергеевна стояла посреди лужи рассола, вся дрожа от гнева.
Она смотрела на Игоря, который, потрясённый случившимся, вновь скривился от новой приступа боли, и на Ольгу, которая, рыдая, диктовала адрес. — Ладно, — с ледяной холодностью прошептала свекровь. — Ладно.
Если ты так решила.
Но если с ним что-то случится в этой больнице — вся ответственность ляжет на твою совесть.
Ты помешала мне помочь ему.
