Игорь свернулся калачиком на кровати, прижимаясь лицом к холодной стене.
Казалось, внутри него завелся злобный, цепкий зверь, который неумолимо рвал его на части когтями из раскаленной проволоки.
Боль, тупая и нестерпимая, исходила из правого бока и распространялась по всему животу, сжимая его в тисках при каждом движении.
Он тихо стонал, стараясь не издавать громких звуков, но волны тошноты, поднимающиеся к горлу, вырывались прерывистыми, хриплыми звуками. — Держись, сынок, держись, — голос матери, Тамары Сергеевны, звучал настойчиво и властно.
Она сидела на краю кровати, нежно кладя ладонь на его влажный от пота лоб. — Температуры нет.
Просто отравление.
Сейчас все пройдет.
В дверном проеме спальни стояла бледная, словно полотно, Ольга, жена Игоря.
В руках она держала смартфон, на экране которого светился номер «103». — Тамара Сергеевна, это не отравление, — голос ее дрожал, но она старалась говорить уверенно. — У него классические признаки аппендицита.
Боль в правом боку, тошнота.
Нужно вызвать «Скорую».
Сейчас же. — Какая «Скорая»?! — резко перебила свекровь, бросая на невестку пронзительный взгляд. — Ты что, не видишь, что человек страдает?
Сейчас его по больничным коридорам гонять будут, анализы брать, а сил у него и так нет.
Я уже сто раз такое лечила.
Ольга сглотнула комок в горле.
Они прожили с Игорем вместе всего полгода в этой квартире, а его мать, Тамара Сергеевна, практически не отходила от них.
Женщина, пережившая тяжелый брак и воспитавшая сына одна, привыкла быть единственным авторитетом в его жизни.
И в этот критический момент ее уверенность казалась нерушимой, словно крепостная стена. — Но послушайте, — попыталась возразить Ольга, — при аппендиците может развиться перитонит.
Это смертельно опасно. — Перитонит! — презрительно фыркнула Тамара Сергеевна. — Ты начиталась интернета.
У моего покойного свекра тоже живот прихватывало, так он рассол огуречный выпил — и через пару часов как огурчик.
Все словно рукой сняло.
Игорь, услышав это, застонал громче.
Ему было безразлично, рассол огуречный или эликсир бессмертия — лишь бы боль прекратилась. — Мам… — прохрипел он. — Мне плохо…
Похоже, сейчас вырвусь… — Видишь? — торжествующе сказала Тамара Сергеевна. — Организм требует очищения.
Жирное нужно соляной кислотой сбить.
Ольга, марш на кухню, принеси рассол из банки с огурцами.
Ольга осталась неподвижна.
Она ощущала, как по спине бегут мурашки.
Это было безумием. — Я не дам ему рассол, — тихо, но решительно заявила женщина.
В комнате воцарилась напряженная тишина, нарушаемая только тяжелым дыханием Игоря.
Тамара Сергеевна медленно встала с кровати.
Ее невысокая, плотная фигура внезапно показалась Ольге огромной. — Ты что, мне перечишь?
