Внезапно экран телефона вспыхнул. На экране появилось уведомление от банковского приложения.
Ольга застыла на месте.
Она подумала, что это очередное предложение кредита.
Однако, смахнув шторку с уведомлениями, она остановилась. «Зачисление: 58 400 грн.
ОСБ 8613/0155.
Назначение: Оплата по договору авторского заказа №12-П».
Несколько секунд Ольга не отводила взгляда от цифр.
Сердце забилось так сильно, что казалось, будто оно поднимается в горло, затрудняя дыхание.
Она начала быстро вспоминать.
Полтора года назад, еще до болезни матери, она подрабатывала по вечерам, выполняя сложнейший технический перевод для крупного бюро.
Проект был международным, но из-за санкций и смены руководства заказчик пропал.
За три месяца изнурительного труда ей так и не выплатили ни копейки.
Она отправляла претензии, звонила, но когда матери поставили диагноз, просто оставила эту проблему.
Решила, что эти деньги уже не вернуть.
И вот теперь, именно в этот вечер, деньги поступили.
С процентами за задержку.
Внутри Ольги что-то лопнуло — та самая пружина страха и зависимости, которая держала её последние шесть месяцев.
Слёз не было.
Напротив, она ощутила холодное, кристально чистое спокойствие.
Открыла приложение.
Пальцы быстро набирали на экране.
Перевод по номеру телефона.
Ирина Сергеевна Б.
Сумма: 50 000.
Сообщение: «Возврат долга».
Затем последовал еще один перевод на 5 000.
Сообщение: «На Рождественский стол.
Сдачу оставь себе на вежливость».
Ольга нажала кнопку «Отправить».
Секунда — и появилась синяя галочка подтверждения.
В тот же момент телефон зазвонил.
Ирина.
Ольга ответила и включила громкую связь. — Ольга!
Ты что, с ума сошла?
Откуда у тебя эти деньги?
И что это за надписи?
Как ты вообще со мной разговариваешь? — Ирина буквально захлебывалась гневом.
Её замысел унизить подругу провалился, и она не знала, как реагировать. — Я говорю с тобой так, как ты заслуживаешь, Ирина, — голос Ольги прозвучал твердо, словно гранит. — Долг возвращен.
Сверху я добавила пять тысяч за твой «сервис» и за все услуги, которые я оказывала тебе эти полгода, думая, что плачу за дружбу.
Но я ошибалась.
