Марина никак не могла прийти в себя.
Она продолжала заводить знакомства с мужчинами, расходуя деньги на парфюмерию и одежду.
Дочь для неё служила прислугой. — Прибери здесь, — приказывала она, нанося помаду перед зеркалом. — Погладь платья и приготовь кашу.
Учёба могла подождать.
С того момента, как Ирина пошла в первый класс, Лена вечерами помогала ей с письмом и счётом.
Сама бы она с радостью училась на отлично, но времени не хватало.
Однажды днём Марина вернулась домой.
Весёлая, но с заметной нервозностью. — Лена, поздравляй!
У нас будет ещё ребёнок.
Врачи предупреждали — поздно что-либо менять.
Придётся снова нянчиться.
А ты скоро школу закончишь — отправлю тебя на склад.
Работа кладовщицей — не профессия, зато и зарплата есть, и думать особо не нужно.
Лена застыла. — Снова ребёнок?
Снова всё на мне? — Отец — узбек из Сургута.
Его увезли.
До мая, как раз к твоему выпуску, — срок.
Успеешь.
Малышка появилась на свет смуглой, с тёмными глазами и громким плачем.
Назвали её Надей.
Марина едва оправилась — и вновь ушла на работу.
Объяснила просто: — Дома задыхаюсь.
Этот малыш не перестаёт плакать.
Ты справишься.
Тебе же поставят тройки.
Но у Лены был свой замысел.
Она поведала обо всём классному руководителю. — Хочу поступить в училище.
Учиться и жить своей жизнью.
Но мама не разрешит.
Ольга Васильевна, пожилая педагог, пригласила Марину на разговор: — Если вы не отпустите Лену, я вынуждена обратиться в органы опеки.
Девочка не должна быть нянькой всегда.
У вас неплохие пособия, а девочки ходят в обносках.
Неужели вам не стыдно?
Марина испугалась.
