— Знаешь, — продолжила она, усаживаясь на край кровати, — я уже догадывалась.
Не о ребёнке, конечно, но о том, что ты всё дальше от меня уходишь.
И, если честно, я устала ждать, что что-то изменится.
Игорь хотел возразить, попытаться объяснить, что она не понимает, что он запутался, что Марина — это ошибка, но слова застряли в горле. — Я думала о разводе, — призналась Татьяна. — Но боялась начать этот разговор.
Боялась, что ты подумаешь, будто я просто сдалась, не боролась за нас.
А теперь… кажется, ты избавил меня от этого тяжёлого выбора. — Но как же так? — он опустился в кресло. — Мы же десять лет вместе… — Десять лет, — кивнула Татьяна. — А последние два мы жили как соседи.
Ты приходил поздно и уходил рано, мы почти не общались.
Я старалась, помнишь?
Но ты всегда находил повод не говорить о наших проблемах.
Игорь машинально начал складывать рубашки в сумку.
Движения были автоматическими, мысли — путаными.
Он ожидал ссоры, слёз, упрёков.
Но получил… понимание.
И это ранило больнее любых обвинений. — Может, нам стоит поговорить? — снова попытался он. — Всё обсудить, попытаться… — Попытаться что? — мягко перебила Татьяна. — Вернуть то, чего уже нет?
Я не хочу жить в постоянном ожидании твоего возвращения, надеясь, что сегодня ты будешь внимательнее, нежнее.
Я хочу жить, а не просто выживать.
Она подошла к нему и положила руку ему на плечо. — Я искренне желаю тебе счастья.
Если ты считаешь, что с Мариной оно возможно — иди.
Но не жди, что я буду стоять у окна и плакать, ожидая тебя.
Когда сумка была собрана, Игорь стоял в прихожей, держа её за ручку. — Ты даже не попросишь меня остаться? — тихо спросил он. — Нет, — ответила Татьяна. — Потому что это было бы нечестно.
Ты уже принял решение.
А я не хочу быть женщиной, которая цепляется за мужчину, который не хочет быть с ней.
