Пусть твоя девочка спокойно готовится и поступает в университет. Не позволяй этим хищникам разорвать её завтрашний день на куски.
После его слов у меня неожиданно запершило в горле, а глаза предательски защипало. Выходило, что этот нескладный, резкий, будто вырубленный топором мужчина оказался единственным среди них, кто ещё не растерял человеческий стыд. Я молча накрыла его плечо ладонью.
— Спасибо тебе, Андрей. Ты нормальный человек. Уходи от них, слышишь? Ты не должен жить среди тех, кто тобой пользуется.
Вечером у нас разыгралось настоящее семейное заседание. Елена Викторовна явилась за очередным «переводом» почти торжественно, как за законной данью. Дмитрий сидел рядом, уже держа телефон в руке, чтобы открыть приложение банка.
— Ну что, Мариночка, дошло наконец, что родным надо помогать? — сладко протянула свекровь, растягивая губы в липкой улыбке.
— Дошло, — спокойно ответила я.
Я вынула из папки договор долевого участия и положила его прямо перед Дмитрием.
— Смотри внимательно, Дмитрий. Спектакль с спасением отменяется. Твоя мама вовсе не от коллекторов скрывается. Она просто покупает жильё для Кристины — на деньги твоей жены и за счёт будущего твоей дочери.
Дмитрий побелел так резко, будто из него разом выкачали кровь. Он вчитывался в строки, и на лице у него одно за другим проступали растерянность, неверие, затем потрясение. А потом всё это сменилось тяжёлой, глухой злостью. Он поднял взгляд на мать.
— Это правда? Ты придумала долг, чтобы вытянуть деньги у Алины?
Елена Викторовна вспыхнула пятнами. Вся её напускная мягкость исчезла мгновенно, как дешёвая маска. Наружу вылезла жёсткая, цепкая расчётливость.
— И что такого?! У вас трёхкомнатная квартира есть! А Кристине где жить? Ты брат, ты обязан ей помочь! А твоя Марина ещё заработает, ничего с ней не случится!
Дмитрий медленно поднялся из-за стола.
— Вон из моего дома. Обе. И чтобы я больше вас здесь не видел.
Они ушли без истерик и визга. Дверь закрылась тихо, но так окончательно, будто за ней отрезали целую часть прежней жизни. Дмитрий ещё долго сидел на кухне, уставившись в стену. Я не подходила и не утешала. Сейчас мой муж проходил свой запоздалый, но необходимый урок взросления, и вмешиваться в это было нельзя.
На следующее утро я перевела все деньги, полученные за машину, на безотзывный целевой вклад на имя Алины. Андрей через три дня съехал от Кристины и устроился на нормальную работу на склад. А Дмитрий теперь каждый вечер сам садится с дочерью за уроки и молча откладывает половину зарплаты на её репетиторов. Он наконец понял простую вещь: семья — это не те, кто требует от тебя жертв, а те, кого ты обязан беречь.
