В прихожей царила необычная тишина.
Нина Викторовна отправилась за покупками и оставила записку на холодильнике.
Сергей, как обычно, сидел за компьютером в своей комнате.
Ольга направилась в ванную, но на пороге споткнулась о что-то большое.
Прямо на полу в коридоре стоял большой чёрный мусорный мешок.
Она наклонилась, развязала его и застыла в изумлении.
Внутри лежали её вещи.
Розовая блузка с открытыми плечами, купленная всего месяц назад.
Коралловое платье — подарок Сергея на день рождения.
Три помады — красная, сливовая и ягодная.
Тени для век.
Узкие джинсы.
Короткая юбка.
Туфли на каблуках.
Всё было аккуратно сложено, словно кто-то тщательно собирался отправить эти вещи прочь.
Ольга медленно села на корточки и стала перебирать содержимое.
Руки её дрожали.
Это было сделано сознательно.
Нина Викторовна прошлась по всему шкафу, выбрала всё, что считала «неподобающим», и подготовила к выбросу.
Как будто её вещи — мусор.
Будто у Ольги не было права носить то, что ей по душе.
Как будто она не хозяйка в своём доме.
Она поднялась и направилась к кабинету.
Сергей сидел в наушниках, ведя разговор с коллегами.
Ольга постучалась в стеклянную дверь.
Он поднял палец — подожди минуту.
Она терпеливо ждала.
Потом ещё минуту.
И ещё.
Спустя десять минут Сергей снял наушники. — Что случилось?
Это нельзя было отложить? — Твоя мама сложила мои вещи в мусорный пакет, — Ольга говорила тихо, боясь сорваться на крик. — Мои помады, мою одежду.
Она собирается их выбросить.
Сергей закрыл глаза и провёл руками по лицу. — Оль, ну не сейчас.
Прошу.
Я не готов обсуждать это прямо сейчас.
Через три минуты у меня снова звонок с заказчиком.
Это проект на полтора миллиона.
Я не могу сорвать встречу из-за… какого-то пакета. — Каким пакетом? — голос её звучал чуждо. — Это мои личные вещи.
Твоя мать лезет в мой шкаф, рыться в моих вещах и считает, что может выбросить их, как мусор.
А ты говоришь «не сейчас»? — Что ты хочешь, чтобы я сделал? — он посмотрел на неё с усталым раздражением. — Чтобы я устроил скандал перед звонком?
Обещаю, поговорю с ней вечером.
Вытащи вещи из пакета и всё. — Поговоришь? — спросила она.
— Как вчера, когда она обвинила меня в измене? — Она не обвиняла, — покачал головой Сергей. — Просто высказала беспокойство.
Это разные вещи. — Для тебя, может, — Ольга развернулась и вышла.
В гостиной она остановилась, глядя в окно.
Внизу, во дворе, молодые мамы гуляли с колясками.
Жизнь продолжалась.
А в этой квартире кто-то методично разбирал её личные вещи, решая, что ей можно надеть, а что нет.
И муж считал это неважным.
Что-то внутри Ольги окончательно сломалось.
Она прошла в комнату, где лежали вещи Нины Викторовны.
Достала из шкафа сумку свекрови и аккуратно вытащила оттуда одежду.
Халат.
Ночная рубашка.
Тапочки.
Запасные туфли.
Кофты.
Юбки.
Косметичка с кремами.
Всё, что Нина Викторовна привезла с собой.
Ольга пересложила это в такие же пакеты, какие свекровь подготовила для её вещей.
