Звонок прозвучал в воскресенье вечером, когда Тамара уже натягивала уютную пижаму с оленями, предвкушая чашку чая и книгу.
На экране телефона высветилось имя «Александр».
Тамара моргнула, удивлённая.
Обычно отец звонил по субботам днём, строго по расписанию.
Разговор был стандартным, коротким: «как здоровье, погода, всё в порядке». «Пап, что случилось?» — спросила она. В трубке послышалось тяжёлое дыхание отца. «Свет, слушай внимательно. Завтра освободи день. Жди нас к обеду. Привезём тебе маму».
Он замолчал, словно проверяя, услышала ли она. «Твою бабушку, то есть».
В голове Тамары мелькнула мысль — может, навестить её?
Но бабушка, Ольга Николаевна, последние два года почти не вставала после инсульта и плохо говорила.
Везти её за триста километров в гости? — подумала Тамара. «Вы хотите сказать, что привезёте… навсегда?» — спросила она с недоверием. «Навсегда. Её некуда девать, Свет», — прозвучал ответ. «Папа, постой. Почему «некуда»? У неё есть своя трёхкомнатная квартира в центре, дача… Она живёт с вами, но имущество принадлежит ей.
И наконец, брат!
Игорь!
Он ведь в том же городе!» — возразила Тамара. Но тут в трубке послышался другой голос, резкий, пронизывающий, материнский.
Мать всегда брала трубку на громкую связь, чтобы контролировать разговор. «Тамара, не усложняй.
Квартира и дача бабушки оформлены на твоего брата.
Всё официально.
Документы подписаны месяц назад.
А Игорь, — голос матери стал сладковато-едким, — как раз сейчас ремонтирует эту квартиру.
Преобразует её в евро-формат.
Пыль, грязь, рабочие туда-сюда.
У Игоря молодая семья, маленький ребёнок.
Пока что они живут у нас.
А лежачая старушка — к тебе».
Тамара ощутила, что земля уходит из-под ног.
Она медленно опустилась на край кровати. «То есть… вы хотите сказать, что бабушка оставила всё Игорю, а заботу о себе возложила на меня?» — выдавила она из себя. «Ты же всегда была отзывчивой, — без тени смущения продолжила мать. — Ты одна, без семьи, у тебя своя маленькая однокомнатная квартира, не большая, но для тебя и бабушки места хватит.
А Игорю сейчас крайне нужна поддержка и своя жилплощадь.
Он мужчина, продолжатель рода.
И бабушка сама так решила.
Наверное, считает, что ты заслуживаешь больше внимания, чем какая-то там собственность». «Какая-то там собственность… — эхом повторила Тамара. — Мам, вы вообще себя слышите?» «Тамара, хватит! — взорвался отец, видимо, перехватив телефон. — Решение принято.
Мы уже в пути, ночуем в дороге, завтра к двум будем у тебя.
Приготовь диван или кровать.
Всё.
Жди».
Щелчок.
Гудки.
Тамара сидела, крепко сжав телефон, и уставилась в стену.
Её челюсть отвисла от смеси шока, непонимания и глубокой обиды.
Воспоминания из детства и юности мелькали перед глазами.
Бабушка Ольга Николаевна.
Сильная, строгая, пахнущая пирогами и лавандой.
Она была центром семьи, её матриархом.
Тамара, первая внучка, проводила у неё каждое лето на даче.
