— Тамара, начиная с этого месяца, вы с Игорем будете переводить мне тридцать четыре тысячи пятьсот гривен.
Сумма фиксированная, а дата — не позже пятого числа.
Свекровь произнесла это так спокойно, будто просила передать ей соль.
Нина Сергеевна сидела, глядя на меня с такой светлой и непоколебимой уверенностью, словно была абсолютно права. — Нина Сергеевна, можно спросить, почему именно такая точная сумма?
Вы решили заняться коллекционированием редких банкнот в семейном кругу?
Мой муж Игорь, который до этого спокойно листал новости в телефоне, поднял голову.
В его взгляде читалась усталость, смешанная с готовностью к диалогу.
Он прекрасно знал свою маму. — Какое тут коллекционирование? — возмутилась свекровь и поправила безупречную прическу. — Это платеж по кредиту.
Я вам не чужая.
Тем более, что ваш доход это позволяет.
Логика Нины Сергеевны всегда напоминала мне сломанный компас: стрелка крутилась без остановки, но в итоге неизменно указывала на наш с Игорем кошелек. — Кредит? — Игорь отложил телефон. — Мам, месяц назад ты говорила, что у тебя есть накопления, и что ты не планируешь крупных покупок.
Зачем тогда кредит?
Нина Сергеевна нервно пожала плечом.
Её взгляд метался по кухне, будто ища подсказку на обоях. — Ну, это… инвестиция!
В недвижимость.
Для семьи стараюсь, чтобы вам потом было лучше.
Я мысленно потерла ладони.
Инвестиции от Нины Сергеевны — это всегда повод для хорошего детектива.
Обычно её финансовые «таланты» сводились к покупке трёх наборов пластиковых контейнеров по цене чугунного моста на распродаже. — Какую именно недвижимость? — мой голос звучал мягко, словно кашемировый плед, под которым спрятан капкан. — Вы приобрели студию на окраине?
Гараж? — Дачу! — выпалила свекровь, гордо выпячивая грудь. — Шикарную дачу с баней.
В экологически чистом районе.
Мы с Игорем обменялись взглядами.
Дача?
