В субботу вечером Тамара была занята приготовлением ужина, когда внезапно зазвонил домофон.
У порога стояла свекровь, Нина Ивановна — женщина с властным характером и постоянным желанием наставлять всех вокруг.
Она без приглашения вошла в квартиру, повесив свою норковую шубу на вешалку. — Здравствуй, доченька, — протянула она с лукавой улыбкой. — Чем собираешься угощать?
Тамара стиснула зубы и аккуратно разлила чай по чашкам.
Муж задерживался на работе, и она знала: сейчас последует очередной допрос. — Тамарочка, — начала свекровь, удобно устроившись в кресле, — мы решили подарить нашей дочери квартиру к её восемнадцатилетию. — Очень достойный подарок, Нина Ивановна, — с натянутой улыбкой ответила Тамара. — Мы тоже стараемся откладывать деньги для сына. — Это похвально, — прищурилась свекровь, — но вашему сыну всего пять лет, а моей дочери скоро восемнадцать!
Каждый визит Нины Ивановны Тамара воспринимала как скрытый фронт борьбы.
Свекровь никогда не появлялась без причины — за каждым её визитом стояли продуманные планы и тонкие манипуляции.
Сегодняшний вечер не сулил исключений.
Нина Ивановна уселась в кресло с видом хозяина, а не гостя.
Её взгляд ревностно обходил комнату, задерживаясь на мелочах. — Знаешь, Тамарочка, — начала она мягким тоном, — мы тут в семье кое-что обсудили.
Тамара напряглась.
Это «мы» всегда предвещало неприятности.
За годы брака она уже научилась улавливать скрытый смысл в словах свекрови. — Слушаю, — ответила она, стараясь не выдать своих чувств. — Сынок рассказывал, что вы неплохо накопили, — сказала Нина Ивановна с двусмысленной интонацией. — У меня к тебе деловое предложение.
Тамара охватил холодок.
В голосе свекрови звучало что-то такое, что сводило желудок тугим узлом. — Мы решили, что деньги, которые вы откладывали, пойдут на квартиру для Оли, — резко бросила свекровь, не проявляя ни капли сожаления.
Наступила тяжёлая, пронизывающая тишина.
Тамара буквально ощущала, как пульс учащается в висках. — Вы серьёзно? — тихо переспросила она, сжимая кулаки. — Абсолютно, — твёрдо ответила Нина Ивановна. — Оле квартира нужнее.
А вы ещё успеете накопить.
Предательство резануло острее ножа.
Значит, муж уже в курсе и молчит?
Значит, вся семья настроена против неё? — Это же наши с мужем деньги для будущего сына, — голос Тамары стал холодным и напряжённым. — Ах, что ты, — свекровь помахала рукой, пытаясь сгладить ситуацию, — мы же одна семья.
Разве так можно поступать?
Внутри Тамары росла буря из гнева, обиды и полного непонимания.
Семейный конфликт, который она долгие годы пыталась избегать, вот-вот должен был вспыхнуть. — Подождите, — медленно опуская чайную ложечку, сказала она, — вы действительно думаете, что я просто так отдам наши с мужем сбережения?
Нина Ивановна откинулась в кресле, излучая уверенность и спокойствие. — А что тут думать? — пожала она плечами. — Оле квартира нужнее.
