Ольга поспешила к лестнице и остановилась, задумавшись, куда направиться дальше. В свадебном платье? Телефон! Где он? Остался в номере. Неважно. Третий этаж. Родители, вероятно, в номере 305.
Она постучала сначала тихо, затем громче.
— Кто там? — прозвучал сонный голос отца.
— Папа, это я. Откройте, пожалуйста.
Дверь распахнулась, и в пижаме появился отец, а мать выглянула из-за его плеча.
— Олечка? Что с тобой? Почему плачешь?
Она бросилась ему на шею и разрыдалась.
— Доченька, что случилось? Где Дмитрий?
Родители затащили её в комнату и посадили на кровать. Мать наливала воду, отец нежно гладил её по голове.
— Рассказывай.
Ольга поведала им всё — про деньги, крики, свекровь, про его слова «жалею».
Родители обменялись взглядами: мать сжала губы, отец нахмурился.
— Подлец, — тихо произнёс Игорь Сергеевич. — И при этом ещё интеллигентом себя считает.
— Папа…
— Что «папа»? В первую же брачную ночь кричать на жену из-за денег? Это мужик?
— Игорь, не стоит, — мать положила ладонь ему на плечо.
— Ольга, а ты… ты собираешься к нему вернуться?
— Не знаю. Наверное, нет. Он сказал, что жалеет…
— И правильно, что отказываешься, — отец встал и прошёлся по комнате. — Знаешь, мы с мамой хотели сделать тебе сюрприз завтра, но раз так…
Он открыл чемодан и вынул папку.
— Что это?
— Посмотри.
Ольга раскрыла папку и увидела документы — договор купли-продажи квартиры. Однокомнатной, но в хорошем районе. На её имя.
— Папа… Мама… Это же…
— Твоё приданое, — улыбнулась мать. — Мы копили и откладывали деньги. Хотели завтра вручить тебе ключи при всех. Но теперь…
— Теперь пусть идёт к чёрту, — резко сказал отец. — Квартира оформлена на тебя. Только твоя.
Ольга смотрела на бумаги, не веря происходящему. Своя квартира.
— Может, всё-таки поговорить с Димой? Показать ему?
— Зачем? — отец сел рядом. — Чтобы он извинился? Полз на коленях? И что дальше? Ты простишь, а при следующей ссоре всё повторится?
— Ольга, — мама сжала её руку, — если мужчина позволяет себе такое в первый же день брака… Что будет через год? Через пять?
Дочь молчала, в голове звучали слова Дмитрия: «жалею». Два простых слога, перечёркивающие всё.
— Вы правы, — наконец призналась она. — Я не хочу к нему.
