Лицо Ирины застыло в непроницаемой маске. – Мам, я поступила так, как сочла нужным.
– И тебя это не касается. – Не касается? – Тамара сорвалась на крик. – Разве меня не должно волновать, как вы распоряжаетесь деньгами?
Вы же с ипотекой не справились, квартиру потеряли!
Очевидно, что вы оба бездарно управляете своими делами!
Ирина побледнела, но не проронила ни слова. – Теперь еще у ребенка деньги забираете, – Тамара не могла остановиться. – Это же позор!
– Стыд и срам! – тихо произнесла Ирина. – Пожалуйста, уходи.
Тамара резко повернулась и вышла, не сказав ни слова на прощание.
В душе ее все кипело от злости.
Дочь поступила неправильно, да еще и выгнала ее!
Но ничего, Иринка еще вернется!
Попросит прощения!
Прошел месяц, а Ирина ни разу не позвонила и не ответила на сообщения.
Снова Тамара сидела на кухне у Марины, сжимая в руках смятый бумажный платок. – Она меня отвергла, – качала головой Тамара. – Родная дочь!
К внукам не пускает, на звонки не отвечает.
Марина подлила ей чаю. – А что ты ей тогда сказала? – Правду! – резко воскликнула Тамара. – Что они с деньгами не умеют обращаться, что бездарные!
А разве это не так?
Марина задумалась, глядя в окно. – Тамара, ты подарила деньги внуку? – Да. – Значит, отдала их, – повернулась к подруге Марина. – Это уже не твои деньги. – Но на телефон я же давала! – возразила Тамара. – А они на одежду потратили, – пожала плечами Марина. – Ребенка надо было подготовить к лету, а не копить на телефон.
Тамара открыла рот, но Марина прервала ее. – И про ипотеку ты зря напомнила.
Они годами выплачивали этот долг, оба работали, растили детей.
А ты их назвала бездарями. – Я ведь хотела как лучше, – опустила голову Тамара. – Я переживаю за них. – Переживаешь, – кивнула Марина. – Но получается, что обижаешь.
Может, сама позвонишь?
Попросишь прощения?
Тамара упрямо сжала губы и отвернулась.
Нет уж.
Она старше и хотела как лучше.
Извиняться должна дочь, а не она!
Она ни в чем не виновата.
