— Андрей, ты не видел ключи от «Киа»? — Ольга уже едва сдерживала раздражение. — Я всю прихожую перевернула, карманы курток проверила, на тумбочке смотрела — их нигде нет. Через сорок минут мне надо быть на другом конце города, люди меня ждут.
Она стояла в коридоре, прижимая к боку тяжёлый рулон плотной портьерной ткани. Ольга шила шторы на заказ, и сегодняшняя поездка на замеры в загородный дом была согласована ещё две недели назад. Сорвать встречу или приехать с опозданием она просто не имела права.
Андрей появился из ванной, вытирая лицо мягким полотенцем. На жену он почему-то не смотрел, будто внезапно заинтересовался рисунком плитки на полу.
— Оль, я вчера вечером забыл тебе сказать, — начал он неуверенно. — Я отвёз машину в сервис. В подвеске что-то сильно постукивало, я решил не рисковать, вдруг ты по трассе заглохнешь. Оставил у Сергея в мастерской на пару дней, пусть разберётся.
Ольга тяжело выдохнула и поставила рулон к стене. В груди у неё сразу поднялась глухая злость.
— В смысле отвёз? — она резко повернулась к мужу. — А спросить меня нельзя было? Ты же прекрасно знаешь, что у меня сегодня три выезда! Как я должна тащить все эти образцы и рулоны? В автобусе, что ли?
— Вызови такси, — пробурчал Андрей и поспешил уйти на кухню, словно хотел спрятаться от разговора. — Я вообще-то о тебе беспокоюсь. С тормозами не шутят. Сергей сказал, что колодки почти стёрты и суппорт подтекает.
Спорить было бессмысленно: времени не оставалось совсем. Ольга схватила телефон, заказала машину по повышенному тарифу, собрала каталоги с образцами тканей и почти бегом выскочила из квартиры. По дороге к коттеджному посёлку она старалась успокоиться, но злость всё равно не отпускала.
Серебристую «Киа» она купила за три года до знакомства с Андреем. Деньги на неё копились долго: Ольга брала дополнительные заказы, отказывалась от поездок, экономила на себе, лишь бы однажды получить возможность свободно ездить по клиентам и не зависеть от общественного транспорта. Машина была не просто средством передвижения. Это была её собственность, её рабочий инструмент и повод для гордости. Андрей садился за руль редко — в основном по выходным, когда нужно было съездить за продуктами или отвезти что-то тяжёлое.
Поездка на такси вышла дорогой. Клиенты оказались придирчивыми, долго спорили по оттенкам ткани, несколько раз просили перемерить одни и те же окна, и встреча растянулась почти на два часа. Когда наконец всё закончилось, Ольга вышла к трассе и стала ждать следующую машину. Чтобы не стоять без дела, она решила позвонить в сервис. Сергея она знала много лет: он обслуживал её автомобиль ещё задолго до её замужества.
На звонок ответили не сразу. Потом в трубке раздался хрипловатый мужской голос, почти заглушаемый шумом компрессора.
— Сергей, доброе утро, это Ольга, — сказала она. — Подскажи, пожалуйста, что с моей машиной? Андрей сказал, что колодки в ужасном состоянии. Вы до среды успеете всё сделать?
На другом конце вдруг стало тихо. Даже фоновый гул будто отодвинулся.
— Ольга? Какая машина? — осторожно переспросил Сергей. — Ты же ко мне с весны не приезжала, когда масло меняли.
— Как это не приезжала? — Ольга нахмурилась и крепче прижала телефон к уху. Ветер трепал волосы, но ей внезапно стало жарко. — Андрей сегодня рано утром пригнал её к тебе. Сказал, что суппорт течёт.
— Никто мне ничего не пригонял, — уже твёрже ответил Сергей. — Я с восьми утра на месте, боксы свободные. Твоего Андрея я сегодня даже не видел. Ты точно ничего не перепутала?
Ольга медленно опустила руку с телефоном. Пальцы в один миг стали холодными. Она сбросила вызов, открыла приложение со штрафами — ничего. Потом проверила страховой полис — всё действовало, никаких уведомлений не было.
Обратно она ехала в такси молча, глядя в окно и почти не замечая улиц за стеклом. В голове одна за другой всплывали странности последних дней. Андрей был нервным, постоянно уходил разговаривать по телефону на балкон, вздрагивал от сообщений и прятал экран. А пару дней назад к ним заходила его младшая сестра Валерия. Она плакала, размазывая тушь по лицу, и умоляла Андрея помочь ей. Ольга тогда ушла в спальню, решив не вмешиваться в очередные семейные неприятности мужа, но теперь это воспоминание зазвучало совсем иначе.