— Мама ведь всего на пару месяцев, — попытался отмахнуться Дмитрий.
— Я задала другой вопрос, — ровно произнесла Анастасия. — Когда именно мы с тобой это решили?
— Настя, ну не начинай при маме, — поморщился он.
Валентина Сергеевна, до этого с интересом оценивавшая лоджию, медленно повернулась к ним.
— А в чём дело? Я что, буду вам обузой?
— Сейчас вы мне ничем не мешаете, — ответила Анастасия без грубости, но твёрдо. — Но о том, что вы будете жить у меня два месяца, мы с Дмитрием не договаривались.
— Дима сказал, что квартира просторная, три комнаты.
— Да, комнат три, — кивнула Анастасия. — Только одна комната уже занята мной. Вторая, кстати, тоже мной. А третья пока никому не обещана.
Женщина, которая ещё не успела стать ей свекровью, но уже вела себя так, будто всё решено, обиженно сжала губы.
— Я была уверена, что вы между собой всё обсудили.
— Вот именно, что нет, — сказала Анастасия. — В этом и заключается проблема.
Когда Валентина Сергеевна ушла, Дмитрий почти сразу высказал невесте претензии. По его мнению, она повела себя негостеприимно и выставила его мать в неловком положении.
— Ты могла хотя бы при ней промолчать, — недовольно сказал он.
— Чтобы она успела заказать перевозку морозильной камеры? — уточнила Анастасия.
— Ну зачем сразу утрировать?
— Потому что твоя мама уже успела решить, где эта камера будет стоять. На месте моих цветов.
Лоджия была для Анастасии чем-то вроде маленького личного сада. Там росли фикусы, пеларгонии, несколько прихотливых орхидей, за которыми она ухаживала годами. Зимой она могла провести там полчаса после работы — пересадить, опрыскать, протереть листья — и это успокаивало её лучше любого отдыха.
Раньше Дмитрий сам называл этот уголок уютным и даже хвалил её за терпение.
Теперь же внезапно оказалось, что растения просто занимают место, куда гораздо удобнее поставить семейную бытовую технику.
— Цветы можно перенести в комнату, — предложил он так, будто нашёл идеальное решение.
— А морозильник нельзя оставить у твоей мамы? — спросила Анастасия.
— У неё ремонт!
— Тогда нужно подумать, как организовать ремонт. А не перевозить ко мне половину её квартиры.
Дмитрий шумно выдохнул, словно она нарочно усложняла самые простые вещи.
— С тобой вообще невозможно спокойно договориться.
Анастасия посмотрела на него с искренним любопытством.
— А ты хотя бы раз попробовал?
Спустя несколько дней на кухонном столе она заметила листок из блокнота. Дмитрий, видимо, оставил его утром перед тем, как уехать на работу.
В верхней части были выписаны размеры комнат. Ниже — кривоватый план квартиры, нарисованный от руки.
У кабинета стояло имя Матвея.
Возле гостиной было подписано: «мама».
В спальне — «мы».
А внизу, почти на полях, мелкими буквами значилось: «Насте стол у окна».
Анастасия долго смотрела на этот рисунок.
Выходило, что в её собственной трёхкомнатной квартире для неё самой предусмотрели небольшой уголок под ноутбук.
Особенно её задела формулировка «Насте». Будто она не хозяйка квартиры, а младшая родственница, приехавшая погостить на каникулы, и взрослые щедро разрешили ей сидеть у окна, если она никому не будет мешать.
Вечером она молча положила лист перед Дмитрием.
— Что это такое?
— План, — ответил он после короткой паузы.
— Я вижу, что план. Почему в этом плане исчез мой кабинет?
— Мы же это обсуждали.
— Мы обсуждали другое. Кабинет остаётся кабинетом. А ты нарисовал, будто он уже принадлежит Матвею.
— Я подумал, что со временем ты привыкнешь.
— К чему именно? К тому, что решения обо мне принимают без меня?
Дмитрий раздражённо взял листок и убрал его со стола.
— Ты из обычных бытовых моментов раздуваешь драму.
— Хорошо, — спокойно сказала Анастасия. — Давай решим обычный бытовой момент. Где будет жить Матвей, если ему не дадут общежитие?
— У нас.
— Я против.
— Значит, будем искать варианты.
— Вот теперь похоже на разговор. Именно искать варианты, а не заранее измерять кровать под чужого человека в моём кабинете.
К тому моменту Анастасия уже всерьёз сомневалась, нужно ли вообще идти с Дмитрием в ЗАГС. Но ей всё ещё хотелось понять главное: умеет ли он учитывать её мнение или вся его мягкость закончилась в тот момент, когда она согласилась стать его женой.
Ответ не заставил себя долго ждать.
В субботу вечером Дмитрий разговаривал по телефону с дочерью.
— Полин, не накручивай себя, — говорил он бодро. — Диван возьмём нормальный, большой. На первое время вполне удобно устроишься.
Анастасия отложила книгу.
— Кто устроится?
Дмитрий завершил разговор и убрал телефон.
— Полина после колледжа возвращается. Хочет здесь работу искать.
— И что?
— Пока поживёт со мной.
— На твоей съёмной квартире?
— Настя, ну я же к тебе переезжаю.
Выяснилось, что дочь Дмитрия тоже рассчитывает поселиться у отца. Для неё он уже мысленно подобрал раскладной диван в гостиной — той самой гостиной, куда собирался на время переселить Валентину Сергеевну.
— Подожди, — медленно сказала Анастасия. — В гостиной у нас твоя мама. Полина тогда где?
— Пока мама будет с нами, поставим ещё один диван. Потом место освободится.
— То есть они будут жить в одной комнате?
— Временно.
— А Матвей — в кабинете?
— Если поступит, да.
— А я с ноутбуком переберусь в спальню?
— Ну вот, наконец-то ты поняла, как всё можно организовать.
— Нет, Дмитрий. Мы с тобой как раз ничего не поняли друг о друге.
Она поднялась и подошла к окну.
За какие-то три недели жених успел распорядиться всеми помещениями в её квартире, пригласить туда троих родственников и запланировать покупку мебели. Причём никто из этих людей сам по себе не был виноват в происходящем. Валентина Сергеевна, Матвей и Полина всего лишь поверили словам человека, который пообещал им жильё, не имея на него никакого права.
Анастасия решила, что обсуждать диваны больше бессмысленно.
Разбираться нужно было не с мебелью, а с принципом.
На следующий вечер она сама начала разговор.
— У меня есть предложение, — сказала она. — После свадьбы мы снимаем квартиру побольше. На год. Мою трёшку сдаём, а деньги от аренды направляем на оплату общего жилья.
Дмитрий оторвался от телефона и непонимающе посмотрел на неё.
— Зачем?
— Чтобы всем хватило пространства. Тебе, мне, детям и твоей маме, пока у неё ремонт.
— Ты предлагаешь платить чужим людям за квартиру, когда у нас есть своя трёхкомнатная?
— У нас её нет. Есть моя квартира. И аренда за неё частично перекроет расходы.
— Всё равно это потеря денег.
— Зато никто не будет жить друг у друга на голове.
— Не понимаю, зачем всё так усложнять.
— Хорошо, — сказала Анастасия. — Второй вариант. Мы живём здесь вдвоём. Матвею, если понадобится, помогаем с общежитием или с комнатой в аренду. Твоей маме на время ремонта можно снять небольшую студию. Полина пока остаётся у своей матери, а потом, когда найдёт работу, решит вопрос с жильём.
Дмитрий нахмурился.
— Ты хоть представляешь, сколько это будет стоить?
— Примерно представляю.
— И какой смысл? Здесь же две комнаты пустуют.
— Они не пустуют. В одной я работаю. Во второй отдыхаю, читаю и принимаю гостей.
— То есть комнаты для тебя важнее людей?
— Нет. Для меня важно, чтобы у людей спрашивали разрешения, прежде чем распоряжаться их домом и их вещами.
Дмитрий на некоторое время замолчал. Потом заговорил уже мягче, но от этого его слова не стали приятнее.
— Настя, ты просто привыкла жить одна. Тебе сложно понять, что у человека бывают обязанности перед семьёй.
— Я это прекрасно понимаю, — ответила она. — Но почему свои обязанности перед семьёй ты собираешься выполнять за счёт моей квартиры?
Он снова завёл разговор о дорогой аренде, о бессмысленных тратах и о том, что в семье люди должны помогать друг другу.
Анастасия слушала и всё отчётливее замечала одну закономерность.
Когда дело касалось помощи его близким, Дмитрий мгновенно находил простые и удобные решения. Но как только это решение требовало расходов из его собственного кармана, он сразу вспоминал про экономию, здравый смысл и необходимость не разбрасываться деньгами.
И ещё он упорно делал вид, что не слышит: Анастасия предлагала вполне реальные варианты.
Просто ни один из них ему не подходил.
Ему был нужен только один вариант.
Её квартира.
За три недели до свадьбы Дмитрий приехал с мебельным каталогом. У Анастасии как раз закончился рабочий день. Она собиралась поставить кофе и заказать продукты на вечер.
— Смотри, — оживлённо начал он, едва разулся. — Вот кровать для Матвея. Нормальная, не самая дорогая. А вот диван для большой комнаты. Удобный, раскладной, с дополнительным спальным местом.
— Зачем ты всё это выбираешь? — спросила Анастасия.
— Чтобы потом не метаться в последний момент. Доставка сейчас занимает почти две недели.
— Мы договорились, что мой кабинет остаётся моим кабинетом.
— Настя, ну сколько можно упираться? Давай хотя бы посмотрим.
Он развернул каталог прямо на кухонном столе и принялся показывать ей выбранные модели.
