Мать вошла в палату, пропитанную запахом лекарств, одетая нарядно и источающая аромат дорогостоящих цветочных духов, который резко выделялся на фоне резкого запаха йодоформа.
Тамара Сергеевна постояла у кровати около десяти минут, с театральным вздохом приложив руки к щекам, затем начала демонстративно поглядывать на часы. — Мам, посиди со мной немного, — слабо попросила Маша, пытаясь коснуться ее руки здоровой кистью. — Мне так страшно.
Тамара Сергеевна суетливо отдернула руку и поправила сумочку: — Ой, Маша, врачи же уверяли, что твоя жизнь в безопасности?
Это всего лишь кости, они обязательно срастутся.
А мне действительно нужно бежать.
Игорь уже ждет меня в ресторане — сегодня дегустация и окончательное утверждение меню для банкета.
Он без меня выбрать горячее не сможет, нервничает, не знает, лосось взять для всех или дораду!
И порции надо по весу проверить, чтобы не обманули.
Лечись здесь, я потом позвоню.
Целую, дочка!
Мать быстро вышла решать «крайне важные» дела 35-летнего Льва.
А Марина осталась лежать на холодной простыне, одна наедине с болью, глядя в пустой дверной проем.
В этот момент внутри неё что-то навсегда сломалось.
На следующий день пришёл лечащий врач и озвучил горькую правду, от которой кровь застыла в жилах.
Простой гипс не справится.
Необходим сложный и платный остеосинтез — установка титановых пластин, иначе есть риск остаться хромой на всю жизнь.
После операции потребуется минимум полгода тяжелой реабилитации.
И счет за всё это оказался настолько огромным, что у Маши потемнело в глазах.
Началась безысходная математика.
Работодатель был хороший, больничный оплатят полностью, но этих денег хватит только на базовые нужды: коммуналку, еду и лекарства.
А ведь над ней висел тяжёлым грузом тот самый огромный кредит за свадьбу Игоря.
И платить его нужно было уже в этом месяце, потому что брат так и не устроился — «оффер сорвался в последний момент».
Самостоятельно оплатить операцию было невозможно.
Дрожащими пальцами Маша набрала номер матери.
Она с трудом сдерживала слёзы унижения, объясняя всю серьёзность ситуации. — Мам, я сама не справлюсь, — голос Марины срывался. — Пожалуйста, займи у кого-нибудь на год, хоть у дальних родственников.
Продайте что-нибудь.
Я встану на ноги и всё до копейки верну, обещаю!
Мне нужна эта операция!
В трубке повисла тяжёлая пауза, затем Тамара Сергеевна раздражённым и холодным голосом произнесла: — Где я тебе займу?!
Перед свадьбой у людей деньги просить — позор для всей семьи!
Ты понимаешь, сколько сейчас у нас расходов?
Ленты на машины докупить, флористам доплатить!
Ты своим переломом весь праздник испортила, Игорь из-за тебя расстроенный ходит, костюм мерить не хочет!
Придумаешь что-нибудь, ты же умная и самостоятельная девочка.
В общем, сама выкручивайся, мне сейчас не до этого.
В трубке раздались короткие гудки.
Маша опустила телефон на грудь.
