Для нашего сына?
Я тщательно готовила детскую, вкладывая в неё всю душу!
Каждую вещь перебрала собственноручно, разложила всё по своим местам.
А теперь прихожу домой — и вижу там… там…
Голос сорвался, и она не смогла сдержать слёз.
Тамара беззвучно плакала, прикусив губу, чтобы не разбудить малыша, спящего у груди. – Я не знал, – растерянно произнёс Дмитрий. – Честно, не знал.
Я был на работе, а когда вернулся, мама уже всё переставила.
Сказала, что так будет удобнее… – А ты, конечно, не стал ей возражать, – горько усмехнулась Тамара. – Как всегда.
Мама сказала — значит, так и будет.
А жена пусть молчит, да? – Перестань, – нахмурился Дмитрий. – Ты несправедлива.
Мама действительно хочет помочь.
И, возможно, она права.
Малыш ещё совсем маленький, ему удобнее спать рядом с нами. – Но это не повод превращать детскую в комнату для твоей мамы! – Тамара с трудом удерживала голос, чтобы не сорваться на крик. – Она что, теперь к нам навсегда переехала? – Ну… ненадолго, – Дмитрий виновато отводил взгляд. – На первое время, пока ты не восстановишься.
И Игорьке пока лучше с бабушкой, у неё опыт есть… – А я, значит, не опытная? – глаза Тамары заискрились. – Значит, я плохая мать, раз не могу справиться без твоей драгоценной мамы? – Я не это имел в виду, – вздохнул Дмитрий. – Просто мама очень хотела помочь.
Она одна, ты же знаешь… – Одна! – Тамара горько рассмеялась. – Дима, она тебе звонит по пять раз в день!
Она приходит к нам каждый уикенд!
Что же это за одиночество?
В дверь тихо постучали, и в проёме показалась голова Лидии Ивановны. – Дети, обед готов.
Таня, съешь что-нибудь горячее, тебе сейчас силы нужны. – Спасибо, – холодно ответила Тамара. – Я пока не голодна.
И Игорьку только что покормила, он спит. – Ну хоть Дима поест, – не унималась свекровь. – Он не кормящая мать, ему можно всё.
Дмитрий виновато взглянул на жену и поднялся. – Я быстро, – прошептал он. – Сейчас вернусь, и мы всё обсудим. «Обсудим», – мысленно повторила Тамара с иронией.
За три года брака она уже знала, чем обычно заканчиваются такие разговоры.
Дмитрий сначала вроде соглашается, обещает поговорить с матерью…
А потом приходит Лидия Ивановна, устраивает истерику, и сын сдается. «Мама, не беспокойся, конечно, всё будет, как ты хочешь».
А Тамаре остаётся лишь сдерживать обиду.
Но теперь всё иначе.
У неё есть сын, и она не позволит свекрови командовать в их доме.
Не позволит разрушать то, что она создавала с такой любовью.
Тамара бережно уложила спящего малыша в кроватку и принялась раскладывать детские вещи.
Каждую распашонку аккуратно складывала, каждую пелёнку расправляла.
Работа успокаивала, помогала привести мысли в порядок.
К тому времени, как Дмитрий вернулся, она уже аккуратно разложила всё на импровизированном пеленальном столике из комода. – Таня, – осторожно начал он, – я поговорил с мамой… – И? – Тамара обернулась, сжимая в руках крошечный чепчик. – Она не понимает, почему ты так расстроилась.
Говорит, что хотела как лучше, что детская пока пустует и зря занимает место, когда малыш ещё такой маленький. – Пустует? – Тамара тяжело вздохнула от возмущения. – Я полгода готовила эту комнату!
Выбирала обои с милыми зверушками, заказывала кроватку!
Мне на работе коллеги подарили мобиль с музыкой — а где он теперь? – Наверное, в шкафу, – развёл Дмитрий руками. – Таня, ну не устраивай драму.
Комната — и что такого.
Маме тоже нужно где-то жить, пока она у нас гостит. – Гостит? – Тамара прищурилась. – Почему бы ей не пожить на диване в гостиной, если она так хочет помогать?
Или лучше ей каждый вечер возвращаться в свою квартиру?
Она живёт всего в трёх остановках отсюда! – Ты же знаешь, у мамы больные ноги, – вздохнул Дмитрий. – Ей тяжело ездить туда-сюда.
И к тому же, если она будет с нами, сможет ночью вставать к малышу, а ты сможешь отдохнуть. – Нет, – твёрдо ответила Тамара. – Я не хочу, чтобы она вставала к моему ребёнку.
Я сама буду вставать. Я его мать, в конце концов!
