То это сделай, то то принеси. Я за две недели уже на грани.
А ты столько лет выдерживала. — Два года, — поправила Оля. — Ровно два, с тех пор, как купили квартиру. — Да.
И я ошибался.
Насчёт квартиры тоже, — Игорь проглотил комок. — Она общая.
Наша.
Прости, что тогда так сказал.
Оля кивнула.
Молчала. — Я хочу вернуться домой, — тихо произнёс Игорь. — Можно? — А как насчёт твоей мамы? — спросила Оля. — Она же против. — Это наша жизнь, — повторил Игорь её слова. — Не её.
Оля долго смотрела на него.
Рассматривала знакомое лицо.
Уставшие глаза, опущенные плечи.
Он действительно всё понял?
Или просто устал от матери? — Ладно, — наконец сказала она. — Возвращайся.
Но на условиях. — Каких? — Я работаю сколько нужно.
Ты не обвиняешь меня в этом.
К твоей матери не езжу.
Если захочу — приеду.
Если нет — не приеду.
И ты меня не принуждаешь.
Никогда.
Игорь кивнул. — Согласен.
Он вернулся на следующий день.
Привёз вещи, молча распаковал.
Первые дни было непривычно — они осторожно обходили друг друга, словно чужие.
Но постепенно стало легче.
Игорь старался помогать по хозяйству.
Мыл посуду, убирал, иногда готовил.
Когда звонила Нина Петровна и жаловалась, он вздыхал, отвечал коротко: — Мам, сейчас занят.
Не могу говорить.
Оля замечала, как он напрягался после таких звонков.
Как сжимал зубы при давлении свекрови.
Но держался. *** В начале мая Оля получила официальное уведомление.
Заместитель директора магазина.
Зарплата семьдесят восемь тысяч плюс бонусы от выручки.
Она перечитала письмо трижды, не веря глазам. — Игорь, — позвала мужа. — Посмотри.
Он прочитал, кивнул. — Молодец.
Поздравляю. — Это всё? — Оля подняла брови. — Просто «молодец»?
Игорь пожал плечами. — А что ещё сказать?
Ты хорошо работаешь.
Тебя повысили.
Это справедливо.
Оля усмехнулась.
Он так и не научился искренне радоваться её успехам.
Но хотя бы не критиковал. — Маме скажешь? — спросил Игорь осторожно. — Зачем? — Ну… она же свекровь. — Которая считает, что я зазнаюсь, — покачала головой Оля. — Нет, не скажу.
Игорь не стал спорить.
Нина Петровна узнала сама — случайно, от знакомой, тоже работающей в этом магазине.
Позвонила Игорю, голос был полон негодования: — Почему я узнаю о карьере твоей жены от посторонних?!
Игорь передал трубку Оле.
Та выслушала тираду свекрови о неуважении, неблагодарности и зазнайстве. — Нина Петровна, — спокойно перебила она. — Я не обязана отчитываться вам о своей работе.
Или о чём-либо ещё.
Это моя жизнь. — Но ведь мы же… — Нет, — оборвала Оля и положила трубку.
Игорь смотрел на неё с непонятным выражением.
Не злым.
Скорее удивлённым. — Ты действительно изменилась, — тихо сказал он. — Да, — кивнула Оля. — И это к лучшему.
Она села за стол в комнате.
Открыла ноутбук — нужно было доделать отчёт для Сергея Ивановича.
Работы было много, но она получала удовольствие.
Чувствовала себя нужной, ценной, значимой.
В дверь постучали.
Игорь. — Можно? — Да.
Он вошёл, сел на край кровати. — Знаешь, я осознал одну вещь, — начал он. — Раньше считал, что муж должен быть главным.
Зарабатывать больше, принимать решения.
А жена — поддерживать, помогать, быть рядом.
Оля отвлеклась от ноутбука, повернулась к нему. — И? — И я ошибался, — посмотрел он ей в глаза. — Семья — это когда двое равны.
Когда оба трудятся, оба устают, оба имеют право на личную жизнь.
Я долго этого не понимал.
Прости.
Оля долго глядела на него.
Потом кивнула: — Ладно.
Вернулась к работе.
Игорь посидел немного, потом вышел.
Оля печатала отчёт и размышляла.
Изменился ли Игорь?
Возможно.
Немного.
Он больше не говорил, что квартира только его.
Не настаивал, чтобы она ездила к свекрови.
Помогал по дому.
Но когда звонила Нина Петровна с жалобами, он всё равно напрягался.
Всё равно чувствовал вину.
И Оля понимала — рано или поздно свекровь снова начнёт давить.
Требовать.
Манипулировать.
Но теперь это перестало иметь значение.
Потому что Оля больше не зависела от Игоря.
Не зависела от его мнения, зарплаты, оценок.
Она сама зарабатывала хорошо.
Могла жить самостоятельно, если потребуется.
И это дарило ей свободу.
Через неделю, когда Оля работала в своём новом кабинете (да, у заместителя директора был свой кабинет, пусть и небольшой), зашла Маша. — Оля, это ты! — она сияла. — Поздравляю!
Мы все были в шоке, когда узнали! — Спасибо, Маш, — улыбнулась Оля. — Слышала, что теперь ты почти как директор?
Сергей Иванович скоро на пенсию, правда? — Через три года, — кивнула Оля. — Но не точно. — Круто, — Маша села на стул. — Знаешь, ты для меня пример.
Серьёзно.
Я тоже хочу расти.
Не просто всю жизнь на кассе сидеть. — Растёшь, — посмотрела на неё Оля. — Учись, работай хорошо, не бойся брать ответственность.
Маша кивнула и убежала.
А Оля осталась в кабинете, глядя в окно.
За окном был май, светило солнце, цвели деревья.
Она вспомнила тот февральский вечер, когда Игорь сказал, что квартира принадлежит только ему.
Как что-то в ней тогда сломалось.
Как она решилась больше не жить по чужим правилам.
Прошло всего три месяца.
Но жизнь изменилась кардинально.
Телефон завибрировал.
Сообщение с неизвестного номера.
Оля прочитала: «Оля, это Нина Петровна.
Игорь дал твой рабочий номер.
Хочу поговорить.
Может, встретимся?» Она посмотрела на экран.
Потом удалила сообщение.
Нет, они не встретятся.
Не помирятся.
Потому что Нина Петровна никогда не поменяется.
Она продолжит считать, что невестка должна ей служить, благодарить за то, что «сына отдала», молчать и терпеть.
А Оля больше не собирается молчать и терпеть.
Она выключила телефон и вернулась к работе.
У неё было полно дел — отчёты, планирование, встречи с поставщиками.
Её собственная, независимая, наполненная жизнь.
Оля думала, что самое трудное позади.
Но утром понедельника Сергей Иванович сделал ей предложение, которое могло изменить всю её жизнь.
А через час она узнала, что Игорь скрывал от неё кое-что важное…
Конец 1 части.
Продолжение уже доступно по ссылке, если вы состоите в нашем клубе читателей.
Читать 2 часть…
