Бог всё видит и обязательно накажет за жадность! – тихо произнесла Ольга. – Что?! – возмутилась свекровь. – Вон из моего дома!
И чтобы я вас больше здесь не видела.
Никогда.
Тамара Сергеевна схватила воздух ртом, словно рыба, вытащенная на берег.
Она привыкла, что Ольга молчит и терпит.
Она не ожидала такого отпора.
Она надеялась на чувство вины Игоря и на то, что Ольга, наконец, «купит» признание семьи.
Но она ошиблась. – Пойдём, мама! – схватила мать под руку Наташа. – Здесь делать нечего.
Отсюда веет гнилью.
Деньгами они пропахли!
Они вышли в прихожую, громко топая ногами и продолжая ругаться.
Игорь молча подал им пальто.
Он не пытался остановить их, не извинялся.
Он просто стоял и смотрел на этих женщин, которые были его кровными родственниками, но превратились в чужих.
Когда дверь за ними захлопнулась, в квартире воцарилась оглушающая тишина.
Ольга подошла к столу, сняла испорченную скатерть и бросила её в корзину для белья.
Затем села на диван и закрыла лицо руками.
Она не дрожала, не плакала.
Была лишь глубокая усталость и странное облегчение.
Как будто нарыв, который созревал годами, наконец-то прорвался.
Игорь сел рядом и обнял её за плечи. – Прости меня, – тихо сказал он. – За что? – Ольга подняла глаза на него. – За то, что допустил это.
За то, что они… такие.
Мне стыдно. – Тебе не за что извиняться.
Ты не выбирал родителей.
И сегодня ты защитил нас.
Вот что главное. – Знаешь, – грустно улыбнулся Игорь. – Я думал, что они по-настоящему соскучились.
Дурак, да? – Нет, не дурак.
Просто ты хороший человек, Игорёк.
Ты веришь в лучшее в людях.
Это естественно. – Три миллиона… – покачал головой муж. – Какая наглость.
Интересно, если бы мы дали, они бы полюбили нас? – Нет, – твёрдо ответила Ольга. – Они бы продолжали нас доить.
И ещё сильнее презирали бы за то, что мы так легко расстаёмся с деньгами.
Для таких людей мы всегда останемся «не из их круга».
Только теперь мы виноваты не в бедности, а в богатстве и жадности. – Ты права.
Как всегда права.
Игорь встал, подошёл к бару и достал бутылку хорошего вина. – Давай выпьем, Ольга.
За нас.
За то, что выстояли.
И за то, что больше никому ничего не должны.
Они сидели в своей красивой гостиной, пили вино и наблюдали, как за окном сгущались сумерки.
Оба телефона были отключены.
Они знали, что в это время Тамара Сергеевна обзванивает всех дальних родственников, рассказывая душещипательную историю о том, как невестка-ведьма и сын-предатель выгнали бедную старушку на мороз, отказав в куске хлеба.
Но это их уже не касалось.
Спустя месяц Ольге дошли слухи, что Наташа уговорила мать оформить огромный кредит под залог квартиры, чтобы начать стройку.
Они наняли бригаду шабашников, которые взяли аванс и исчезли, оставив на участке лишь вырытую яму под фундамент.
Теперь родственницы бегали по судам и полиции, погружались в долги и скандалы.
Игорю они звонили ещё пару раз, но он просто не отвечал.
А потом вовсе сменил номер.
Ольга стояла в своём новом ателье, гладя прохладный шелк дорогой ткани, и думала о том, что жизнь – удивительно справедлива.
Она расставляет всё по своим местам, и каждый получает ровно то, что заслужил. «Бесприданница» построила собственную империю и дом, наполненный любовью и уважением.
А те, кто кичился статусом и родословной, остались у разбитого корыта, полные зависти и злобы.
И самое главное – Ольга поняла, что приданное – это не наволочки и не деньги родителей.
Приданное – это характер, трудолюбие и умение любить.
И этого богатства у неё было в избытке.
