Рекламу можно отключить с подпиской Дзен Про — тогда она исчезнет из статей, видео и новостей. В субботу утром сестра позвонила, голос был бодрым и настойчивым.
Я ещё не допила кофе, а она уже начала излагать свои планы. — Ольга, мне срочно нужны двадцать тысяч.
На неделю, максимум две.
Обязательно верну.
Я смотрела в окно, за которым моросил дождь.
В телефоне в заметках лежал список её долгов за последний год. — Марина, у тебя до сих пор висят пятнадцать тысяч с марта.
Она рассмеялась, легко и беззаботно. — Ой, Ольгашка, это же семья.
Что ты считаешь?
Верну всё сразу, когда премию дадут.
Премию обещали уже полгода назад.
Я допила кофе и поставила чашку в раковину. — Ладно.
Переведу сегодня.
Марина обрадовалась и начала быстро рассказывать про новую куртку, которую увидела в магазине, цена отличная, грех не купить.
Я слушала вполуха, открыла банковское приложение.
Перевела двадцать тысяч.
Открыла блокнот и записала: «Марина, 20 000, 12 октября.
Общий долг: 35 000».
Так у нас всегда было.
Сестра звонила, просила деньги, обещала вернуть.
Я давала, но она не возвращала.
Через месяц звонила снова.
Людмила говорила: «Ольга, ну она же младшая, ей сложно.
Ты же можешь помочь».
Я могла.
У меня была стабильная работа, зарплата регулярная, я не тратила деньги на пустяки.
Марина работала где угодно, меняла места каждые полгода, жила сегодняшним днём.
Я помогала.
Молча, без упрёков.
Через две недели позвонила мама. — Ольгашенька, тут с трубами проблема.
Сантехник сказал — восемь тысяч за работу.
Ты не могла бы помочь?
Я сидела в офисе, доедала обед. — Могла бы.
Людмила вздохнула с облегчением. — Спасибо, доченька.
Я бы сама, но пенсия маленькая, ещё лекарства покупать надо.
Я перевела восемь тысяч.
Записала в блокнот: «Людмила, трубы, 8 000, 26 октября».
У мамы были лекарства по льготам, бесплатно.
Но я промолчала.
В ноябре позвонил брат Марины, мой двоюродный, Сергей. — Ольга, слушай, у меня машину эвакуировали.
Штраф пять тысяч и три за стоянку.
Выручишь?
Обещаю вернуть скоро.
Я стояла в очереди в магазине, держала корзину с продуктами. — Помогу.
Сергей благодарил минут пять, клялся, что отдаст через три дня.
Я перевела восемь тысяч прямо в очереди.
Записала в блокнот: «Сергей, штраф, 8 000, 3 ноября.
Обещал вернуть через 3 дня».
Через три дня он не вернул.
Через неделю тоже.
Я не напоминала.
Вместо этого открыла таблицу на компьютере и перенесла туда все записи из блокнота.
Марина — 35 000.
Людмила — 8 000.
Сергей — 8 000.
Итого 51 000 гривен.
Прокрутила вверх, посмотрела записи за прошлый год.
Марина просила одиннадцать раз, брала от трёх до двадцати тысяч.
Вернула лишь один раз — пять тысяч.
Остальное осталось долгами.
Я посчитала, сколько всего ушло за два года.
Сумма получилась неприятной — 138 000 гривен.
На эти деньги можно было съездить в отпуск.
Или наконец купить новый диван вместо старого, который скрипел и проваливался посередине.
Я сидела за компьютером, смотрела на цифры.
В горле стояло что-то горячее и тяжёлое.
В декабре Марина снова позвонила. — Ольга, у меня тут ситуация.
Нужно тридцать тысяч.
Срочно.
Я мыла посуду, телефон лежал на столе, громкая связь включена. — На что?
Марина замялась. — Ну… в общем, взяла в долг у знакомой, а она теперь требует вернуть.
Ольга, ну ты же понимаешь, мне неудобно.
Я вытерла руки полотенцем. — А мне удобно?
Сестра замолчала. Потом рассмеялась неуверенно.
