Рекламу можно отключить с подпиской Дзен Про — тогда она исчезнет из статей, видео и новостей.
Сообщение от банка было коротким и безжалостным, словно удар в спину: «Перевод: 150 000 гривен. Получатель: Марина П.».
Я мигнула, пытаясь убедить себя, что последний ноль — ошибка, но цифры стояли незыблемо, как часовые у мавзолея.
Сто пятьдесят тысяч.
С моего «ремонтного» счета, на который я аккуратно откладывала часть каждой зарплаты.
Алексей вошёл на кухню, почесывая живот через растянутую футболку с надписью «Boss».
Выглядел он так, будто только что лично спас мир от инопланетян и теперь с благородной снисходительностью готовился к ужину. — Оля, что у нас на ужин? — спросил он, открывая холодильник и обыскивая полки взглядом таможенника. — У нас сегодня на ужин — выписка со счета, — ответила я, положив телефон экраном вверх на стол. — Дмитрий, скажи мне честно, как художник художнику: зачем маме столько денег?
Она решила уехать жить на Бали?
Алексей даже не моргнул.
Медленно закрыв холодильник, он повернулся ко мне с выражением оскорблённого дворянина, которого служанка уличила в растрате казны. — Ты, Оля, иногда бываешь такой меркантильной, что мне становится стыдно, — произнёс он бархатистым баритоном. — У мамы проблемы со спиной.
Остеохондроз, грыжа и смещение всего, что только можно.
Ей требуется курс из десяти сеансов массажа у китайского специалиста.
Или ты хочешь, чтобы мать твоего мужа стала инвалидом? — Китайский мастер берёт сто пятьдесят тысяч за десять сеансов? — уточнила я. — Он что, спину мнёт слитками золота? — Здоровье не измеряется деньгами, — ответил Алексей. — Я как глава семьи принял решение.
Деньги верну, заработаю.
Не будь мелочной.
Он взял с стола яблоко, откусил с хрустом и ушёл в комнату смотреть телевизор.
Я осталась на кухне, чувствуя себя, как будто меня только что обвесили на рынке, но сделали это с благородной улыбкой.
Марина Петровна, моя свекровь, была женщиной незаурядной.
Всю жизнь проработав на фасовке, она обладала уникальным даром упаковывать чужие ресурсы в собственный карман так, что это выглядело как её благородная помощь.
Она часто заходила к нам «проведать сыночка», неизменно уходя с пакетом продуктов, потому что «пенсия маленькая, а цены — грабительские».
При этом от неё всегда исходил запах дорогих духов, происхождение которых оставалось загадкой.
Через три дня после «транша милосердия» я встретила Марину Петровну в торговом центре.
Она не заметила меня, будучи слишком увлечена витриной магазина «Мир Хронометров».
Свекровь, которая, по легенде, должна была сейчас лежать под руками китайского целителя и стонать от боли, бодро цокала каблучками и тыкала пальцем в массивные мужские часы на витрине. — Вот эти, да! — донёсся до меня её восторженный голос. — Заверните красиво, это подарок герою!
Я укрылась за манекеном в пальто.
В голове щёлкнул калькулятор.
Февраль.
Скоро 23-е число.
Алексей уже месяц намекал, что его старые часы «не соответствуют статусу».
Похоже, единственным статусным аксессуаром грузчика могли быть швейцарские хронографы.
Пазл сложился мгновенно.
