Она улыбнулась. — Видишь? — произнесла свекровь. — Дмитрий не возражает.
Ольга поднялась.
Вышла на улицу.
Холодно.
Под ногами поскрипывал снег.
Она направилась к машине.
Села в салон.
Снова позвонила Дмитрию: — Я больше так не могу. — Олгунь, потерпи немного.
Весной они уедут. — Дмитрий, сейчас февраль.
Они там с сентября. — Ну и что?
Дом же не разваливается. — Дом — мой. — Наш. — Мой!
По завещанию мой!
Я его сама отделывала!
Мне чужие не нужны! — Формально, может, и твой.
Но мы в браке.
Значит, общий. — Нет. — Да! — он кричал. — И перестань быть такой эгоисткой!
Родители старые, им в городе плохо!
Ольга положила трубку.
Её руки тряслись.
Она села в машину.
Поехала домой — в город, в квартиру, где они жили вместе.
Март.
Ольга не приезжала в дом уже месяц.
Дмитрий спрашивал: — Почему не едешь? — Не хочу. — Обиделась? — Устала. — От чего? — От всего.
Он не понимал.
Она не объясняла.
В конце марта Тамара Сергеевна позвонила: — Ольгочка, когда ты приедешь?
Нам нужна помощь. — Какая помощь? — Продукты привезти.
А то у нас заканчиваются. — Купите сами. — Как сами?
Мы же старые.
Тяжело возить. — Дмитрий привезёт. — Он занят. — Я тоже занята. — Ольгочка, ну что ты?
Мы же семья!
Ольга положила трубку.
Апрель.
Прошел год с начала ремонта.
Ольга приехала в дом — впервые за месяц.
Хотела увидеть, как там весна, как распускаются деревья, которые сажал дядя.
На пороге встретила Тамару Сергеевну: — Ольгочка, как хорошо!
Нам нужна помощь — Алексей с Людмилой приезжают на выходные.
Продукты привезла? — Нет. — Как нет? — Не привезла. — А что мы будем есть? — Не знаю.
Ольга вошла в дом.
Там пахло чужим — старым бельём, незнакомой едой, чужой жизнью.
В гостиной её кресло стояло у окна.
Но садиться в него не хотелось.
Оно стало чужим, потому что на нем лежало много подушек. — Тамара Сергеевна, — сказала Ольга, — вы должны уехать. — Что? — свекровь не поняла. — Уехать.
Из моего дома. — Но почему?
Мы же тут так хорошо устроились! — Именно поэтому вам и нужно уезжать. — Ольгочка, ты серьёзно? — Абсолютно. — Но Дмитрий… — Что с Дмитрием? — Дмитрий сказал, что мы можем остаться! — Когда? — Вчера!
Он звонил!
Сказал: «Мам, оставайтесь, не волнуйтесь, всё нормально»!
Ольга разозлилась и вышла на крыльцо.
Достала телефон.
Набрала Дмитрия. — Да? — он сразу ответил. — Дмитрий.
Я в доме, разговаривала с твоей матерью.
Она утверждает, что ты разрешил им остаться. — Ну… я же говорил тебе.
Весной уедут. — Дмитрий, сейчас апрель.
Весна. — Ну… в мае, наверное. — Нет.
Сейчас.
Ты говорил с ними, чтобы они уехали или нет!
Ты меня вообще за кого принимаешь!? — Ольгунь, ну не устраивай сцен.
Потерпи ещё месяц.
Я же говорил, что каждый раз говорю им уехать, но они меня неправильно понимают. Я не могу силой их выставить.
Потерпи. — Нет. — Что с тобой?! — он кричал. — Дом пустует!
Им там комфортно!
Какая тебе разница?! — Огромная.
Ольга положила трубку.
Вернулась к свекрови. — Позвоните ему.
При мне.
На громкой связи. — Зачем? — Позвоните.
Тамара Сергеевна с недовольством взяла телефон.
Набрала сына.
Включила громкую связь. — Мам? — Дмитрий удивлённо ответил. — Дмитрий, Ольга приходила и требовала, чтобы вы уехали.
Ты же говорил, что можем остаться?
Почему она такие вопросы мне задаёт?
Пауза.
Короткая. — А она уже ушла?
Свекровь посмотрела на Ольгу, та жестом показала, что всё ещё рядом. — Нет, конечно, сынок.
Стала бы я звонить тебе при ней. — Ну и хорошо.
Конечно, мам, оставайтесь сколько хотите.
Не слушай Ольгу, она просто капризничает и характер показывает.
Возомнила себя хозяйкой.
Почувствовала власть.
Не обращай внимания — просто пропусти мимо ушей.
Понял?
Тамара Сергеевна взглянула на невестку с торжеством.
Ольга стояла.
Не дышала. — Дмитрий, — тихо произнесла она в телефон, — я всё слышала.
Тишина. — Ол… — Я всё слышала.
Ты мне говоришь одно.
Ей — другое. — Олгунь, я не хотел вас ссорить… — Ты лгал.
Мне.
И ей.
Играл на два фронта. — Я не врал!
Я просто… — Ну да, поговорим дома.
Ольга положила трубку.
