Увидев мое, вероятно, искажённое страхом лицо, он сначала широко распахнул глаза, а затем широко улыбнулся.
Его улыбка была какой-то… солнечной.
Искренней.
Такой, что на мгновение я перестала ощущать панику. «О, ты жива! — воскликнул он. — Я уже думал, ты проспишь до самой Одессы». «Где… Куда мы едем?» — выдохнула я, цепляясь за спинку нижней полки. «На юг.
В Херсон, если быть точным.
А ты куда?» «Я… я должна быть в Коблево», — сказала я, и голос мой предательски задрожал.
Слезы наворачивались на глаза.
Всё.
Конец.
Он нашёл способ.
Он всегда находит способ.
Парень перестал улыбаться.
Его взгляд стал сосредоточенным, очень проницательным. «Подожди… Стоп.
Светлана?
Светлана Иванова?» Я замерла.
Откуда?
Я уставилась на него.
Правильные черты лица, короткие тёмные волосы, серые, внимательные глаза.
И эта улыбка… Что-то знакомое, очень далёкое, из другого времени. «Ты меня не узнаёшь? — Он снова улыбнулся, но уже нежнее. — Это я, Денис.
Мы вместе учились в школе, с первого по девятый класс.
Сидели за одной партой полгода, пока тебя не пересадили».
Обрывки воспоминаний всплыли перед глазами.
Да… Денис.
Заводила, душа компании, всегда что-то придумывающий, защищавший меня от насмешек, когда я, тощая и застенчивая, пришла в новый класс.
Потом он ушёл после девятого в колледж, и мы потерялись.
Прошло больше пятнадцати лет. «Денис… — прошептала я. — Боже…» «Вот это да, — покачал он головой. — Какие бывают встречи.
Но что с тобой, Светлана?
Ты выглядишь…» Он не закончил, но я поняла.
Я выглядела так, словно пережила бомбёжку.
И тогда меня накрыло.
Волна страха, беспомощности, отчаяния.
Всё, что я таила в себе месяцами, вырвалось наружу.
Я опустилась на полку, закрыла голову руками и сквозь рыдания рассказала всю историю.
О Игоре.
О том, как всё начиналось как сказка, а превратилось в тюрьму.
О контроле, психологических играх, о лёгких, «случайных» толчках и синяках, которые «сама заработала».
О том, как он постепенно отрезал меня от всех: от друзей, от работы, от семьи.
Как убедил переоформить на него мою квартиру, купленную ещё до свадьбы на деньги родителей — «для удобства, для общей семьи».
О том, как я наконец нашла в себе силы и тайком купила билет в санаторий, чтобы просто передохнуть и подумать.
И о кофе на вокзале.
Денис слушал, не прерывая.
Его лицо стало каменным.
Только в уголках губ мелькнула опасная складка. «Он тебя опоил, — тихо произнёс он, когда я замолчала. — Подсыпал что-то в кофе.
Посадил не в тот поезд, чтобы ты уехала бог знает куда, исчезла, пока он, наверное, занимается какими-то «документами».
Классика».
Он достал телефон. «Что собираешься делать?» «Вызову скорую.
Следующая остановка через полчаса.
Нужно тебя обследовать.
