Игорь казался идеальным кандидатом — привлекательный, успешный, свой человек.
Главное же, что он был законным приобретением, предназначенным именно ей, как старшей дочери.
Так утверждали родители.
Она отрабатывала перед зеркалом легкую, слегка отчужденную улыбку.
Вспоминала их совместное детство.
Он всегда находился рядом.
Разумеется, он везде следовал за Елизаветой, поскольку та была младшей и слабохарактерной, но теперь, казалось, все изменится.
Оля была уверена в своей неотразимости.
Но когда Игорь вошел в гостиную, что-то пошло не так.
Его взгляд, вежливо пробежав по ней, задержался на Елизавете — стоявшей у окна и пытавшейся остаться незаметной — чуть дольше, чем следовало.
Позже, вечером, когда Оля заговорила с ним о пустяках, она снова уловила этот взгляд.
Игорь смотрел на Елизавету.
Смотрел так, как не смотрят на «младшую сестру» или «просто знакомую».
В его глазах горел… интерес.
Настоящий мужской интерес.
В душе Оли что-то оборвалось.
План, казавшийся таким прочным, дал трещину.
На следующий день, проходя мимо кабинета отца, Оля подслушала обрывки разговора.
Отец говорил по телефону, вероятно, с Мельниковым-старшим: — …да, Алексей, я всё понимаю.
Союз наших детей решит все вопросы.
Партнёрство станет нерушимым, если скрепить его браком.
Моя дочь и твой Игорь…
Конечно, официальные разговоры ещё впереди, но, думаю, они не будут против…
Да, Оля — замечательная девушка…
Оля застыла на месте.
Вот оно.
Подтверждение официальное.
Особое ударение на её имени.
Все решено.
Все пойдет по плану.
Ей остаётся лишь улыбнуться и ждать.
Однако, вернувшись в реальность, она вспомнила взгляд Игоря.
Тот самый, который предназначался не ей.
Холодная, липкая ревность заполнила сердце.
Она не позволит какой-то девчонке, пусть даже сестре, отобрать то, что принадлежит ей по праву.
Игорь — её пропуск в будущее, её статус.
Елизавета постоянно ходит с видом святой невинности, притворяясь недотрогой.
А сама?
Возможно, только и ждала его возвращения.
Оля решила, что больше не станет церемониться.
Мягкие методы потерпели неудачу.
Пришло время применять тяжёлую артиллерию.
Она без стука распахнула дверь в комнату сестры.
Елизавета сидела за столом, делая вид, что читает.
Увидев Олю, вздрогнула, но быстро взяла себя в руки, вновь надев привычную маску равнодушия.
Оля оценивающе оглядела комнату и без лишних слов сказала: — Ты ведь понимаешь, что он вернулся не за тобой?
Елизавета медленно подняла глаза.
В них мелькнула боль, которую она тут же подавила. — О ком ты? — спросила максимально спокойно, хотя внутри всё похолодело. — Не притворяйся, — усмехнулась Оля, подходя ближе. — Я видела, как ты на него смотришь.
И как он смотрит на тебя.
Это… неуместно.
Елизавета сглотнула.
