— Милые гости, не думаете ли вы, что хозяевам уже пора отдохнуть? — с раздражением в голосе выпалила Тамара, словно закипевший чайник. — Что случилось? — с неподдельным удивлением спросила Галина Петровна, свекровь, не уловив в тоне невестки ни капли гнева. — Может, вам уже домой пора?
Разве ремонт не завершили? — Ну и что с того?
Мне у вас очень даже нравится! — свекровь улыбнулась. — Так что быстро собирайте свои вещи и уходите! — взорвалась Тамара.
Терпения больше не осталось ни капли.
Галина Петровна обосновалась у них «временно» почти три месяца назад, и с тех пор Тамара ежедневно теряла по крупице выдержки.
Муж Тамары, Алексей, хотел было что-то возразить, но замолчал, как только Тамара метнула в его сторону взгляд, который мог прожечь даже бетон.
Если бы Тамара знала, к чему всё это приведёт, она бы с самого начала заблокировала «блестящую» идею Алексея пригласить мать пожить у них, пока та делает ремонт в своей квартире в Приморске.
Их семья была простой: они женаты уже восемь лет, дочка Оля недавно пошла в первый класс.
Алексей давно намекал на второго ребёнка, но Тамара делала вид, что не слышит этих намёков.
Опыт с первыми годами Оли оставил у неё в памяти лишь нервы, бессонные ночи и маленькую однокомнатную квартиру в промышленной зоне, где они жили, пока не умерла бабушка и не оставила Тамаре трёхкомнатную квартиру в Мене.
Казалось, теперь можно вздохнуть свободно.
Тамара даже наладила подработку — шила платья и пижамы на заказ, постепенно зарабатывая на ремонт.
Мама Тамары часто приезжала помочь с Олей, а вот от Галины Петровны помощи, скорее, не было.
Она приносила лишь раздражение. — Ну как вы там, молодые родители? — звонила свекровь сыну. — Я вот на фото глянула — ребёнок без шапки!
Ты влияй на жену, пока она не простудила дочку! — Мам, там же было +20, что ты говоришь? — Она бестолочь, а ты слабак!
Если дочка ухо застудит — инвалидом станет! — Ну так приезжай, погуляй с ней сама… — У меня что, дел нет?
В отличие от матери твоей… Она только и делает, что в вашем доме околачивается!
Алексей старался не пересказывать Тамаре мамины слова.
Но сама Тамара понимала — близких отношений с этой женщиной не получится.
Она не была против редких формальных визитов.
Но когда Алексей однажды сказал: — Тамарочка, маме надо к нам на пару недель — там ремонт, краска, пыль, да и у неё астма… — А у её дочери что, тоже ремонт? — насторожилась Тамара. — У Ирины однушка, тесно, дочка грудная… Мамке у нас будет лучше.
И нам помощь, и ей спокойнее. — Помощь?
От Галины Петровны?
За восемь лет ни одного дня помощи, зато каждый раз — нравоучения, косые взгляды и ехидные замечания. — Там, ну пожалуйста… Всего две недели… — Ладно.
Но скажи ей, чтоб ни слова против моей готовки, ни единого намёка на то, как воспитывать Олю, и чтоб…
