Телефон зазвонил – звонил Игорь.
Я отключила звук.
Вернувшись домой, в свою съёмную квартиру на окраине, маленькую, но всё же свою, пока не купила собственную.
Плюхнулась на кровать, и вдруг меня прорвало – я плакала так, как уже давно не плакала.
От обиды, от злости на себя – зачем вообще я с ними встречалась?
Нужно было сразу послать их куда подальше.
Телефон снова зазвонил.
Смотрю – Виктория. – Ну как прошло? – спросила она.
Я рассказала.
Она выслушала и ответила: – Олюшка, ты правильно сделала, что их отшила.
Они так просто не отстанут.
Готовься. – К чему? – ко всему.
Игорь – он слабак.
А его мать – настоящая акула.
Они будут надоедать.
И она оказалась права.
На следующее утро, в субботу, собиралась поехать в новую квартиру – нужно было обмерить стены под обои.
Выхожу из подъезда – а на лавочке сидит Наталья Ивановна.
Одна.
В том же платке, в той же шубе.
Просто сидит и ждёт.
Я остановилась. – Что вы здесь делаете?
Она встала и подошла. – Олюшка, нужно поговорить.
Без Игоря. – Нам не о чем говорить. – Есть о чём.
Очень даже есть. – Она посмотрела на меня пронизывающим взглядом. – Ты думаешь, что, купив квартиру, стала вся такая важная?
– Думаю, что имею право жить, как хочу, – ответила я. – А мой сын?
– Ты его бросила на произвол судьбы! – Простите, – сказала я, стараясь не кричать, – это он меня бросил.
Вы забыли? – Мужчины – все дураки, – махнула рукой она. – Им надо прощать.
Я своего Петра всю жизнь прощала, пока он был жив.
И ничего, прожили мы тридцать лет вместе.
Да, прожили.
Я помню деда Петра – он пил, кричал на неё, а она терпела.
И гордилась этим.
И меня учила терпеть. «Ольга, ты жена, твоя задача – беречь мужа, не перечить».
Пятнадцать лет я так жила.
А что в итоге?
Он ушёл к первой молодой женщине, которая ему улыбнулась. – Наталья Ивановна, – сказала я твёрдо, – я Игорю ничего не должна.
Мы развелись.
Каждый живёт своей жизнью. – Какая у него жизнь! – голос её прозвучал остро. – Он у меня на кухне спит!
В сорок два года!
Позор какой! – Это его проблемы. – Так возьми его к себе!
В свою квартиру!
Ага.
Вот оно, всё по-честному.
Возьми, впусти, прими.
И у него всё будет хорошо.
А у меня? – Нет, – ответила я просто. – Не возьму.
Она покраснела, глаза сжались. – Ах ты, неблагодарная стерва!
Он тебе пятнадцать лет жизни отдал! – Я ему тоже пятнадцать лет отдала.
И ещё три года на восстановление после развода потратила.
Так что мы квиты.
Повернулась и ушла.
Она что-то кричала мне вслед, но я не слушала.
Села в такси и поехала на Курортное, к своей квартире.
Виктория помогала, её муж Алексей привёз машину, грузили вещи.
У меня было немного – два чемодана с одеждой, коробка с посудой, книги.
За пятнадцать лет совместной жизни почти ничего своего не накопила.
Всё осталось Игорю после расставания.
Да и пусть остаётся.
Приехали, стали заносить вещи.
Поднимаемся на девятый этаж – и у двери моей квартиры вижу: они оба сидят.
Игорь и Наталья Ивановна.
На полу, прямо у порога.
Сидят и ждут.
Я остановилась.
Виктория с Алексеем тоже замерли. – Что это ещё? – спросила я.
Они вскочили.
Наталья Ивановна первой: – Олюшка!
Видишь, мы пришли помочь тебе!
С переездом!
Давайте мы всё занесём, расставим! – Не надо, – ответила я. – У меня помощники есть. – Ольг, – начал Игорь, – я хочу быть рядом.
Хочу помогать тебе.
Хочу, чтобы мы… – Игорь, уходите.
Оба.
Сейчас же. – Как ты смеешь! – вспылила его мать. – Мы тут пол-утра сидели, ждали!
Мы хотим добра! – Вы хотите квартиру, – прямо сказала я, глядя им в глаза. – Вам нужно жильё.
