Ольга поставила сумку на пол. — Сорок три тысячи гривен. — Ну да.
Дороговато, конечно.
Но зато выглядит потрясающе!
Графика просто огонь! — Алексей, мы не можем себе позволить такие расходы. — А почему нет?
У нас же деньги на карте есть. — Эти средства предназначены для оплаты аренды и кредита. — Тогда найдёшь где-то ещё.
Ты же всегда справляешься.
Ольга прикусила губу.
Найдёт где-то ещё.
Возьмёт дополнительный проект.
Откажется от выходных.
Будет работать ночами.
А Алексей в это время будет играть в свою новую приставку. — Алексей, нам нужно поговорить, — села Ольга напротив мужа. — О чём? — муж не отрывался от приставки, подключая её к телевизору. — О работе.
О деньгах.
О том, что происходит. — Всё нормально происходит.
Зачем ты волнуешься? — Ты уже год не работаешь. — И что?
Я имею право на отдых.
Предыдущая работа меня полностью вымотала.
Мне нужно восстановиться. — Год — это слишком долгий отдых.
Алексей наконец оторвался от приставки и посмотрел на жену. — Ольга, ты что, считаешь каждую копейку?
Я потрачу деньги на приставку — и ты сразу устраиваешь скандал? — Это не одна приставка.
Это сорок три тысячи гривен, которых у нас нет. — Есть.
У тебя же хорошая зарплата. — Которая едва покрывает все расходы.
Я работаю сверхурочно, беру дополнительные проекты, чтобы свести концы с концами.
А ты целыми днями играешь и тратишь наши последние деньги.
Алексей поморщился. — Вот опять начинается.
Я знал, что ты меня в этом упрёкнешь.
Значит, я плохой, потому что не хожу на ненавистную работу?
Мне нужен отдых, понимаешь?
Много лет работал, теперь хочу пожить для себя. — Но жить на одну зарплату нельзя! — Тогда зарабатывай больше.
Ольга замолчала. «Зарабатывай больше».
Как будто это так просто.
Как будто она не выкладывается на полную.
Разговор не привёл ни к чему.
Алексей вернулся к приставке, а Ольга ушла в спальню.
Легла на кровать и уставилась в потолок.
Слёзы текли, но женщина не издавала ни звука.
Прошло три недели.
Ольга взяла ещё один проект и работала почти без выходных.
Возвращалась домой в десять вечера, падала на кровать.
Вставала в семь утра, пила кофе на бегу и мчалась в офис.
Алексей продолжал играть.
Иногда готовил себе яичницу или бутерброды.
Ольга ужинала в столовой — так было проще и быстрее, чем дома стоять у плиты.
Однажды вечером, оплачивая коммуналку через телефон, Ольга заметила на столе в прихожей три посылки.
Вскрыла одну — брендовая толстовка.
Вторую — дорогие кроссовки.
Третью — джинсы известной марки.
Вышла в гостиную.
Алексей лежал на диване и смотрел сериал. — Это что? — спросила Ольга, указывая на посылки. — Заказал себе немного одежды.
Хорошей? — Сколько это стоило? — Не помню точно.
Тысяч двадцать, наверное.
Может, чуть больше. — Алексей, у нас нет лишних двадцати тысяч! — Алексей, мне нужно выглядеть достойно.
Нельзя же ходить в старой одежде. — Твоя одежда не старая! — Ну, уже не модная.
Хочу выглядеть прилично. — Для чего?
Ты сидишь дома! Алексей поморщился. — Вот поэтому я тебе ничего и не рассказываю.
Ты всё воспринимаешь в штыки.
Купил одежду — скандал.
Приставку купил — скандал.
Жить невозможно.
Ольга развернулась и ушла в спальню.
Села на кровать, обхватив голову руками.
Внутри всё бурлило — обида, злость, бессилие.
Но кричать не хотелось.
Просто устала.
Слишком устала, чтобы ругаться.
В субботу позвонила мать, Тамара Ивановна.
Ольга взяла трубку, стараясь звучать бодро. — Привет, мама. — Здравствуй, доченька.
Как дела? — Нормально.
Работы много, но справляюсь. — Ты какая-то… не знаю, усталая, что ли.
Голос совсем без сил. — Просто очень много работаю.
Проекты сложные. — А Алексей как?
Нашёл работу?
Ольга помолчала. — Пока нет. — Ольга, — Тамара Ивановна понизила голос. — Доченька, может, ты зря так…
Может, стоит настоять, чтобы он хоть что-то начал делать? — Мама, не хочу об этом говорить. — Хорошо, хорошо.
Просто я переживаю за тебя.
Ты совсем себя не берегёшь.
Отдохни немного, съезди куда-нибудь. — Отдыхать некогда.
Работа.
После разговора Ольга долго сидела на кухне, глядя в окно.
Потом тихо заплакала.
Слёзы просто стекали по щекам, а женщина даже не вытирала их.
В понедельник за обедом Наталья прямо высказала то, что думала. — Ольга, ты содержишь взрослого здорового мужчину.
Понимаешь это? — Юля, не начинай. — Начну.
Потому что ты моя подруга, и я не могу смотреть, как ты убиваешься на работе, а этот… Алексей валяется дома на диване. — Он ищет работу. — Год ищет?
Серьёзно?
Ольга, за год можно пять мест сменить, если захотеть.
Он не ищет.
Ему удобно жить за твой счёт. — Это мой муж.
Я должна его поддерживать. — Поддерживать — значит помочь пережить трудный период.
А не тащить взрослого мужчину целый год, пока он играет в приставку на твои деньги.
Ольга отодвинула тарелку. — Не хочу это обсуждать.
Наталья вздохнула, но замолчала.
Однако слова подруги не выходили из головы, крутились весь день.
Ночью Ольга не могла уснуть.
Ворочалась и смотрела в темноту.
Рядом храпел Алексей, раскинувшийся на половине кровати. «Содержит взрослого здорового мужчину».
Эта фраза звучала в голове как эхо.
Ольга пыталась избавиться от этих мыслей, но они возвращались снова и снова.
Через неделю Алексей сказал за завтраком: — Слушай, я тут подумал.
Мне надо записаться в спортзал.
Для здоровья.
И вообще, физическая форма важна, особенно если скоро на работу пойду. — Хорошая идея, — кивнула Ольга. — Запишись в зал рядом с домом.
Там абонемент стоит около трёх тысяч в месяц. — Нет, я про другой зал.
Элитный.
Там есть бассейн, сауна, крутые тренажёры.
Правда, абонемент дороже — двадцать восемь тысяч на полгода.
