Ты не заслуживаешь сидеть за столом с уважаемыми людьми.
Угости всех, обслужи гостей, а потом уже можешь поесть на кухне.
И даже не думай жаловаться Стасу.
Вылетишь отсюда быстрее, чем успеешь оглянуться.
Поняла?
Я встретила её взгляд.
В глазах горело самодовольство — она была уверена, что сломала меня. — Поняла, — ответила я спокойно. — Молодец.
А теперь принеси второе.
И не забывай улыбаться.
Я взяла свою тарелку и молча отправилась на кухню.
Краем глаза заметила, как Игорь с удивлением посмотрел на моё пустое место, но его внимание отвлекла история, которую рассказывала тётя его матери.
Оказавшись одна на кухне, я прислонилась к стене и достала телефон.
Руки дрожали — но не от обиды, а от злости.
Набрала отца. — Что случилось, солнышко? — он ответил мгновенно, будто ждал моего звонка. — Она заставляет меня есть на кухне.
Как служанку.
Пауза. — Я сейчас приеду. — Нет, папа.
Не нужно.
Я справлюсь. — Алена, это уже слишком.
Зачем тебе эта игра?
Ты ведь знаешь, что сделала правильный выбор, и твой муж любит тебя? — Смысл в том, чтобы проверить всё до конца.
Если Стас позволит так обращаться со мной — значит, он не тот человек, которого я искала. — А если позволит? — Тогда я уйду.
Но буду знать, что не зря всё затевала.
Отец вздохнул: — Ты такая же упрямая, как мама.
Хорошо.
Но одно слово — и я заберу тебя. — Я знаю, папа.
Спасибо.
Час я провела, подавая блюда, наполняя бокалы, убирая грязную посуду.
Игорь несколько раз пытался поймать мой взгляд, но я делала вид, что полностью занята.
Когда гости ушли, он нашёл меня на кухне: — Почему ты не ела с нами? — Мама попросила помочь с обслуживанием.
Гостей было много, она волновалась. — Но ты же не горничная! — Стас, я живу в её доме.
Это минимальное, что я могу сделать.
Он нахмурился: — Мне это не нравится. — Всё нормально, правда.
Я поела на кухне.
Не беспокойся.
Он обнял меня: — Ещё месяц, и мы переедем.
Обещаю.
Этот месяц растянулся на четыре.
За это время я многому научилась.
Научилась терпеть, когда Тамара Сергеевна перед гостями называла меня никчёмной.
Научилась улыбаться, когда она нарочно проливала соус на моё платье.
Научилась не реагировать на постоянные колкие замечания.
Даже начала получать удовольствие от этой игры.
Ведь свекровь была уверена, что полностью контролирует ситуацию.
Игорь видел лишь малую часть происходящего.
Его мать была осторожна — самые жестокие слова она произносила только наедине со мной. — Знаешь, что я думаю? — однажды заявила она, когда мы остались вдвоём. — Ты специально забеременеешь, чтобы привязать его к себе.
Так делают все девушки вроде тебя. — Я пока не планирую детей, — ответила я спокойно, продолжая гладить рубашки. — Конечно, не планируешь, — усмехнулась она. — Просто «забудешь» выпить таблетку.
Я таких насквозь знаю.
Ещё однажды она решила «поделиться воспоминаниями»: — Когда Стасу было двадцать, у него была девушка — Алена.
Из профессорской семьи.
Но она уехала учиться в Англию, и они расстались.
Иногда мне кажется, что она вернётся.
И тогда Стас поймёт, какую ошибку совершил.
Я промолчала.
А про себя подумала, что если эта Алена хоть каплю похожа на Тамару Сергеевну, то Стасу крупно повезло, что она уехала.
Квартира стала пригодной для жизни через четыре месяца.
Мы переехали, и я смогла немного расслабиться.
Но Тамара Сергеевна не прекращала попыток «исправить» сына.
Она появлялась без предупреждения: — Просто проверю, как вы здесь устроились.
Критиковала всё подряд: — Эти шторы просто ужасны.
Диван — музейный экспонат.
Посуда — явно из массового магазина.
Игорь пытался возражать, просил мать не вмешиваться в их жизнь, но она только качала головой: — Я же вижу, как вы живёте!
Это не уровень.
Это не то, чего ты достоин.
Месяцы шли.
Я считала дни до годовщины.
Осталось три.
Два.
Один.
И вот настал тот самый день — ровно год с момента нашего знакомства с Тамарой Сергеевной.
Признаюсь, мне всё ещё нравилось играть в эту игру.
Если бы она перестала доставлять удовольствие, я бы раскрыла карты раньше.
Но я дала себе слово ждать ровно год. — Давай отпразднуем годовщину свадьбы, — предложил Игорь. — Пригласим друзей, родителей.
Покажем всем, как мы счастливы. — Прекрасная идея, — согласилась я.
День выдался насыщенным.
Я готовила с самого утра — салаты, закуски, горячее, десерт.
Игорь помогал, чем мог, хотя чаще мешал, поэтому его отправили «создавать плейлист» в другую комнату.
Первыми пришли друзья — Василий с женой, Дмитрий, Наташа и Павел.
Затем — коллеги.
Тамара Сергеевна с Владимиром Петровичем появились последними. — Фуршет? — холодно пронзил её взгляд стол. — Неужели нельзя было организовать нормальный ужин? — Это шведский стол, мам.
Так удобнее, — ответил Игорь, стараясь сохранять спокойствие. — Удобнее, — передразнила она. — Алена, надеюсь, еда хотя бы съедобная? — Попробуйте сами и решите, — улыбнулась я.
Вечер проходил обычно — гости общались, смеялись, поздравляли нас.
Тамара Сергеевна сидела в углу с раздражённым выражением лица, время от времени бросая ядовитые замечания.
И вот Оксана, жена Василия, задала тот вопрос, ради которого всё и затевалось: — Алена, а мы так и не узнали, чем занимаются твои родители.
Ты всегда как-то загадочно об этом умалчивала. — Да, — поддержал Дмитрий. — Они вообще существуют?
Мы их ни разу не видели!
Я посмотрела на часы, затем поставила бокал на стол.
В комнате воцарилась тишина. — Мои родители существуют.
Папа — генеральный директор и совладелец логистического холдинга «Северный путь».
Мама — сооснователь сети медицинских центров «Здоровье+».
Если интересно, могу показать бизнес-издание, где папа числится среди богатейших людей страны.
Тишина стала полной.
Первым её нарушил звук падающей вилки — Тамара Сергеевна выронила прибор из онемевших пальцев. — Что? — Игорь смотрел на меня, как на незнакомку. — Но… ты же говорила… — Я говорила, что папа занимается международными перевозками.
Это правда.
Холдинг специализируется именно на международной логистике.
Контейнерные перевозки, авиадоставка, железнодорожные маршруты.
Огромные объёмы грузов.
Тамара Сергеевна побледнела так, что стала почти белее своей блузки: — Почему… зачем ты это скрывала? — По просьбе отца и по собственному желанию.
Дело в том, что когда у тебя есть деньги, очень трудно понять: любят ли тебя как человека или просто твой статус.
Папа предложил интересный эксперимент — год прожить обычной жизнью.
Снять скромную квартиру в спальном районе, работать на простой работе, одеваться без излишеств.
