Только тогда, десять лет назад, Елена просто передала свои накопления, не требуя подписания договора, который бы переложил её долги на Ольгу.
Ольга отодвинула тарелку в сторону. – Давайте поступим так, – предложила она. – Завтра я пойду с тобой в Николаев, Елена.
Пусть Анна всё объяснит.
Я хочу ознакомиться с договором, графиком платежей и условиями для созаёмщика.
И после этого приму решение.
Согласна?
Елена фыркнула. – Что там смотреть? – пробормотала она. – Но если тебе так спокойнее — пойдём.
Только учти: квартира долго ждать не станет.
Хозяйка сказала, что у неё есть ещё два претендента.
В Николаеве пахло свежим кофе и новой мебелью.
На стенах висели плакаты с улыбающимися семьями, держащими ключи от «своего первого жилья».
Анна, молодая девушка с аккуратно собранными волосами в пучок, вежливо улыбнулась: – Ирина, верно?
Вы уже были здесь вчера, предварительно посчитали.
Это ваша сестра Ольга?
Очень хорошо, что вы пришли вместе.
Они расположились за столом.
На мониторе у Анны сразу появилось окно с надписью «Ипотека. Вторичное жильё». – Посмотрите, – начала девушка. – Вам одобрили кредит на шесть миллионов гривен под девять процентов годовых.
Первый платёж — через месяц после сделки.
Сейчас важно определиться со схемой.
Если Ольга Сергеевна будет созаёмщиком, мы учитываем её доход, и вы проходите по платёжеспособности.
Если же только поручителем — условия несколько строже, но тоже возможны.
Ольга нахмурилась. – Можете, пожалуйста, пояснить, – прервала она. – Чем для меня отличается созаёмщик от поручителя?
Анна кивнула, переключая вкладку. – Если вы созаёмщики, вы оба выступаете заёмщиками по кредитному договору, – терпеливо объяснила она. – То есть Николаев может требовать платежи как с Ирины, так и с вас.
Это общая ответственность.
Если же вы поручитель, то отвечаете за выполнение обязательств Ирины только при её невыполнении.
То есть если Ирина перестанет платить, банк сначала обратится к ней, а затем к вам.
Во всех случаях вы рискуете своей кредитной историей и доходом.
Она сделала паузу. – При этом квартира будет оформлена на Елену как собственника, если вы так укажете в договоре купли-продажи.
Николаев в любом случае возьмёт её в залог.
Ольга почувствовала, как внутри что-то охладилось. – То есть, – медленно уточнила она, – я не получаю долю в квартире, но при этом несу ответственность по кредиту? – Если вы не будете внесены в договор купли-продажи как покупатель и собственник доли, то да, – ответила девушка. – У нас бывают случаи, когда оба созаёмщика одновременно становятся собственниками в долях.
Но это уже нужно обсуждать с продавцом и нотариусом.
Елена резко вмешалась: – Нам не нужны никакие доли! – поспешно заявила она. – Квартира будет на меня.
Мы же семья, зачем это всё усложнять?
Ольга просто помогает Николаеву убедиться, что у нас всё в порядке.
Ольга посмотрела на сестру с новым удивлением. – А почему «нам не нужны»? – спокойно спросила она. – Если я несу такую же ответственность, логично, чтобы и собственность была общей.
Тем более если ты считаешь, что мы «всей семьёй» берём.
Елена заёрзала на месте. – Потому что я всё это тяну, – голос стал жёстче. – Я ищу варианты, езжу на просмотры, разговариваю с хозяйкой.
Ты просто подписываешь бумагу.
Это мои нервы, Ольга.
Анна осторожно покашляла. – Девушки, – мягко сказала она, – я как представитель Николаева не могу вмешиваться в ваши семейные договорённости, но обязана предупредить: все заёмщики и поручители несут солидарную ответственность.
Если что-то пойдёт не так, банк будет работать и с Ольгой Сергеевной тоже.
Иногда мы даже сначала звоним тому, у кого выше белый доход.
Ольга с безрадостной усмешкой отметила: – То есть сначала — мне, – констатировала она. – Понятно.
Она глубоко вдохнула. – Скажите, пожалуйста, – уже более деловым тоном обратилась она, – вы проверяете наличие задолженностей по другим кредитам, исполнительных листов, судебных решений?
Анна кивнула. – Да, конечно.
У нас есть скоринговая система, доступ к бюро кредитных историй и базам ФССП.
Если имеются активные исполнительные производства, это может повлиять на одобрение.
Ольга посмотрела на Елену. – А у тебя всё в порядке? – тихо спросила она. – Нет просрочек, коллекторов, долгов у приставов?
Елена вспыхнула. – Откуда ты это взяла? – резко ответила она. – Мне бы тогда ничего не одобрили!
Хватит выставлять меня мошенницей.
Ольга не стала спорить внутри Николаева.
Она поблагодарила Анну, взяла расчёт по платежам и вышла на улицу с ощущением, что ей не просто болит голова, а вся жизнь.
– Зачем ты это устроила? – Елена не могла дождаться, пока они отойдут от входа. – В Николаеве, при людях!
Я там уже второй день общаюсь с ними, как дурочка, а ты пришла и включила следователя. – Я стала человеком, который отвечает своим именем и будущим, – устало ответила Ольга. – А также своим шансом на собственную квартиру.
– Откуда у тебя этот шанс? – вспыхнула Елена. – Ты вечно всем помогаешь, деньги раздаёшь, никуда не ездишь в отпуск.
Сколько лет уже снимаешь жильё?
Если бы я сейчас не взялась, так и прожила бы на съёмной до пенсии.
Слова ударили больно, потому что в них была доля истины.
Ольга помолчала. – Давай поступим так, – сказала она сдержанно. – Я хочу сама проверить нашу с тобой кредитную историю, узнать, есть ли исполнительные листы и долги.
Завтра в обеденный перерыв схожу в Каменец-Подольский, возьму выписки.
А потом уже примем решение.
Если всё чисто – подумаем о схеме, при которой я тоже получу долю.
Если нет… разговор другой.
Елена закатила глаза. – Ты ненормальная, – бросила она. – Какая выписка?
Какой Каменец-Подольский?
У меня всё под контролем.
Ладно, делай, как хочешь.
