— У них сломалась стиральная машина.
В воскресенье, — с тяжёлым вздохом сказала Тамара Сергеевна. — Александр позвонил, голос у него был какой-то странный… Я сразу поняла, что дело не в технике.
Александр и Ольга поженились чуть более двух лет назад.
Ещё до официальной регистрации Тамара Сергеевна предупредила жильцов своей «второй» квартиры, что им необходимо освободить помещение. Будущие молодожёны переклеили там обои и с благодарностью въехали — для сына с невесткой это была отличная возможность без лишних затрат и спешки накопить на собственное жильё.
Ранее квартира принадлежала матери Тамары, мебель в ней осталась, конечно, старая, а технику обновляли.
Примерно пятнадцать лет назад, когда маму перевезли из Коблево поближе.
Мамы уже нет девять лет, и время вместе с арендаторами серьёзно износили всё, что находилось в квартире.
Тем не менее, всё ещё функционировало.
Александр, услышав странный гул из ванной, выключил стиральную машину.
Попытка включить её снова не увенчалась успехом.
Стало очевидно — нужна новая техника.
Оба супруга трудятся: он — инженер с доходом около 90 тысяч, она — менеджер, зарабатывающая примерно 65.
В квартире матери им предстоит прожить ещё несколько лет, накопления идут, хотя и без особого рвения.
Однако, по мнению Тамары Сергеевны, на покупку новой стиральной машины деньги вполне могли быть выделены.
С самого начала совместной жизни сына и невестки существовало негласное правило, которое Александр по юности и влюблённости воспринял как должное.
Ольга выросла в семье, где отец, успешный предприниматель, полностью содержал дом, а зарплата матери — скромная, бухгалтерская — считалась её «личными карманными деньгами».
Эту модель Ольга перенесла в свой брак, несмотря на то, что их с Александром доходы были сопоставимы.
Он оплачивал коммунальные услуги, страховку и ремонт машины, купленной до брака, а также отпуск.
Ольга могла приобрести продукты и бытовую химию, но большую часть своих доходов тратила исключительно на себя: одежду, косметолога, встречи с подругами в кафе. — «Жена должна сиять, а не тосковать из-за бытовых мелочей», — любит повторять Ольга. — «Моя внешность и настроение — это твои инвестиции, Александр.
Тебе же приятно, когда на меня смотрят с завистью?»
Сын Тамары Сергеевны долго игнорировал эти слова, считая их женской логикой, тем более что денег в целом хватало.
Но копилку на собственное жильё пополнял в основном он — с премий и дополнительных подработок, когда удавалось.
На следующий день после поломки стиральной машины, уже после работы, Александр сел вместе с женой, чтобы обсудить варианты.
Он показал выбранные в интернете модели в ценовом диапазоне 35–40 тысяч, объяснил, почему не стоит брать совсем дешёвую.
И предложил, как ему казалось, самый логичный и справедливый вариант: купить технику совместно.
Он был готов внести 25 тысяч, а с Ольги — оставшиеся 10–15.
— Ты это серьёзно? — спросила Ольга.
