Я старалась вернуть себя прежнюю.
Медленно.
Осознанно.
Мое тело изменилось — оно стало стройнее и сильнее, но настоящие перемены произошли внутри.
Ко мне вернулась уверенность.
Я снова ощутила устойчивую опору под ногами.
Впервые за долгие годы я вспомнила, кто я без постоянных упреков и критики.
А вчера Алексей написал: «Заберу завтра остатки вещей».
Ни малейших извинений.
Ни слова о признании вины.
Он думал, что войдет и увидит ту же разбитую женщину, которую оставил.
Сегодня утром, когда он переступил порог квартиры, он внезапно замер.
Его глаза широко раскрылись, тело напряглось.
Я стояла спокойно в облегающем черном платье — не ради его впечатления, а как доказательство того, что я верна самой себе.
Но настоящий шок охватил его, когда он заметил красную записку на обеденном столе.
Лицо побледнело, пока он читал.
Он держал бумагу деликатно, словно боясь обжечься.
Затем его взгляд медленно поднялся ко мне. — Ты… подаёшь на развод? — Да, — ответила я ровным тоном. — Процесс уже начат.
Он моргнул, ошеломлённый. — Но… почему?
Разве это не слишком радикально?
Я чуть не рассмеялась.
